Ашим – имя ренессансное

Солист филармонии скрипач Ашим Унайбеков

25 001

В Казахской государственной филармонии имени Жамбыла, где состоялся вечер скрипичной музыки, знатоки музыкальных шедевров, да и обычная «профессионально влюбленная» в классику публика стали свидетелями потрясающих открытий. Их подарил солист филармонии скрипач Ашим Унайбеков в тандеме с аккомпаниатором – лауреатом международных конкурсов пианистом Аскаром Кульшариповым.

Об этом концерте хочется не писать, а слушать его опять и опять. Каждое из произведений потрясало очищенной от штампов и бесконечных интерпретаторских наслоений красотой и свежестью. Уже известный нам «Дуэт» ля мажор Франца Шуберта в четырех частях словно сбросил с себя клеймо скучного, бесконечно длящегося опуса. Ашим Унайбеков – видимо, это его генеральная миссия – возвращает нам первозданные целомудренные шубертовские интонации, наполненные бесподобными по искренности и благородству чувствами, откровениями, воздушными, романтически-эмоциональными порывами. А «Поэма» Мукана Тулебаева для скрипки с оркестром вызвала ошеломляющую реакцию у знатоков этой пьесы. Ведь за многие десятилетия въелось в наши души и стало неистребимой традицей исполнять ее, не утруждаясь поиском ключа к этой так и не ставшей (как мечтал композитор) медленной части скрипичного концерта. Ашиму Унайбекову ценой одному ему известных художнических усилий удалось найти ключ к этой трепетной исповеди Мукана Тулебаева. Мы не узнавали эту «заигранную», заштампованную музыку, освобожденную от груза упрощенно-примитивного толкования. Это позволяло многие годы нашим некоторым «кинодеятелям» иллюстрировать ею документальные кадры сбора колхозного урожая в выпусках «Новостей дня» перед показом фильмов в кинотеатрах. То есть сделать из «Поэмы» прикладную музыку. Ашим вернул нам истинного, неповторимого, незабываемого певца красоты и свободы Мукана Тулебаева.
Следующие три произведения произвели на публику невыразимо покоряющее и вдохновляющее впечатление. Речь идет о «Нигуне» («Импровизация») Эрнеста Блоха, «Хвале Бессмертию Иисуса» Оливье Мессиана и «Этюде в форме вальса» Камиля Сен-Санса. «Нигун» («Импровизация») Эрнеста Блоха является частью его сюиты «Баал Шем». Он посвятил это произведение памяти матери. Эрнест Блох (1880–1959 гг.) сумел стать в ряд самых оригинальных композиторов первой половины XX столетия. В его произведениях слышны страсть и печаль, философичность и лиризм. И все они пронизаны еврейскими народными мелодиями и его авторской, изумительной по проникновенности интонацией. Блох, родившись в Женеве, обучаясь в Брюсселе, Париже и Франкфурте, в 1916 году переселился в Америку, где и стал «американским композитором».
Откуда в сердце Ашима Унайбекова эта блоховская, наполненная редчайшими духовно-эмоциональными взлетами мелодий и вызывающая у слушателей неудержимые слезы сила? И откуда эта долгая «звучащая тишина» после замирания последней ноты «Нигуна»?
Ашим Унайбеков уже привык, что его называют первопроходцем. Действительно, приходя на каждую его сольную программу, мы становимся первыми в Казахстане слушателями нового опуса.
То, что прозвучало 4 марта, я смело могу назвать художническим подвигом солиста Ашима Унайбекова. Это было казахстанской премьерой восьмой части «Квартета на конец времени» выдающегося французского композитора Оливье Мессиана; называется она «Хвала Бессмертию Иисуса». Весь квартет Мессиана – грандиозный художественный документ тех уникальных обстоятельств, в которых он создавался.
В концлагере для военнопленных близ Герлица (сейчас это территория Польши) Оливье Мессиан разделил тяжкую судьбу всех узников – жертв Второй мировой войны. Композитор не сдался, выстоял сам и помог выжить своим товарищам по лагерю... Когда зазвучала скрипка Ашима Унайбекова, мы словно перенеслись в то страшное время создания квартета... Словно не солист играл на своем инструменте – было впечатление, что дух самого Мессиана играл на скрипке Ашима Унайбекова. Настолько уникальна привлекающая дух авторов исполнямых произведений мощь проникновения солиста в глубины авторских замыслов, что такое же впечатление высказали музыканты, не пропускающие ни одного сольного концерта Ашима. Да и впервые попавшие на этот концерт слушатели тоже делились подобными ощущениями. Этот «эффект синхронизации» духовного сосредоточения солиста и чудотворного присутствия во время исполнения самого авторского духа, наверное, дар божий, которым наделен Ашим Унайбеков. Не забудем, что «Хвала Бессмертию Иисуса» (восьмая часть квартета) – свидетельство редчайшего мужества Мессиана, которому один из немецких офицеров, любитель музыки, передал карандаши и бумагу. А заключенные – кларнетист, скрипач, виолончелист и пианист (сам Мессиан) – определили квартетный состав сочинения. Готовый квартет исполнялся на 30-градусном морозе перед пятью тысячами военнопленных... Оливье Мессиан вспоминал: «Никогда позднее меня не слушали с таким вниманием и таким пониманием». И именно эта музыка, созданная композитором в концлагере, дала людям силы выжить. А нам, первым слушателям мессиановского «Квартета на конец времени» (его восьмой части), Ашим Унайбеков подарил не только «музыку-спасение» Мессиана, но и надежду что мы непременно услышим весь квартет целиком.
...В этот же мартовский вечер слушателям открылась еще одна грань таланта и мастерства Ашима Унайбекова. Когда зазвучал знаменитый «Этюд в форме вальса», ор. 52 Камиля Сен-Санса (заключительный в цикле «Шести этюдов» для фортепиано), в зале повысилась температура – не только в физическом, но и в эмоциональном смыслах. Многие вспомнили, что этюд этот получил подзаголовок «Каприс» в транскрипции для скрипки и фортепиано, выполненной великим скрипачом Эженом Изаи. «Этюд в форме вальса» в исполнении Ашима Унайбекова щедро раскрылся всем богатством виртуозных приемов, заключенных в сочинении. Темпераментная природа Ашима, преодолев все собранные в этой пьесе барьеры, сохранила многокрасочную эмоционально-образную основу виртуозного и красивейшего сочинения Сен-Санса. Когда из-под пальцев и от бесподобных полетов смычка каскадом виртуозно-технических приемов в атмосферу зала ворвалась мощная звуковая энергия, создалось впечатление вырвавшейся на свободу, сметающей все на своем пути вулканической лавы или, быть может, это был такой же стремительный бег могучих струй звонкого, неостановимого водопада – потрясающего голоса самой природы! Вот где вновь возникает ощущение, что не солист играет сочинение композитора, а дух самого автора сливается со скрипачом...
Разгоряченный, вдохновленный великолепным исполнением «Этюда в форме вальса» Сен-Санса с замечательным аккомпанементом Аскара Кульшарипова, зал дружно аплодировал и просил сыграть на бис.
И здесь прозвучала совершенно изумительная канцона выдающегося шведского композитора Вильгельма Петерсона-Бергера. Произведения Петерсона-Бергера тоже прозвучали впервые в Казахстане в исполнении Ашима Унайбекова (с концертмейстером Арманом Тлеубергеновым). Это было в декабре 2016 года, когда чрезвычайный и полномочный посол Королевства Швеции в РК господин Христиан Камилл привез ноты композитора специально для Ашима Унайбекова, ощутив в молодом скрипаче искреннюю и обаятельную силу любви к прекрасному. С тех пор и звучат в исполнении Ашима сочинения шведского композитора, даря нам возможность первыми прикоснуться к этой вечной красоте музыки скандинавского автора. Пока только в сопровождении пианистов – великолепного Армана Тлеубергенова и такого же чуткого к красоте Аскара Кульшарипова. Но верю, что скоро зазвучат эти дивные мелодии и другие шедевры из репертуара Ашима Унайбекова в тандеме с Государственным академическим симфоническим оркестром родной филармонии. С этим оркестром Ашим играл 20 лет назад под руководством неповторимого мастера – дирижера Толепбергена Абдрашева.
...Конечно, нам уже известно, что у Ашима Унайбекова дедушка – великий казахский композитор, народный артист СССР и КазССР, лауреат Госпремий Казахстана, видный государственный и общественный деятель Сыдых Мухамеджанов (в этом году – 75 лет со дня начала его творческой деятельности).
Мы убедились, что, как и гениальный дед Сыдых-ага, Ашим отмечен в своем творчестве даром божьим. Он представляет пятое колено в музыкальной династии, высоко ценит творения предков, подаривших ему эти фамильные гены (родители Ашима тоже музыканты).
Действительно носящий в себе дух античной гармоничности, преодолевающий агрессию шоуизированной до неузнаваемости «классики», возвращающий гармонию и красоту через свое творчество обществу, Ашим Унайбеков на самом деле находится в когорте тех, кого можо назвать «человек-ренессанс», то есть возрождающий духовность, гуманизм, прекрасное и вечное. И трудностей на этом пути он не избегает. Ибо верит, что его миссия – поиск и обретение истины. Во всем. В том числе в собственном сознании, где, если помнить сократовское «познай себя», и находится главный родник истинных ценностей.
Евгений Красман, музыковед