Бахыт Кенжеев: Я напрочь лишен двух чувств –зависти и ревности

«Русский поэт казахского происхождения, живущий в Нью-Йорке», – именно так говорит о себе Бахыт Кенжеев. Известный блистательным словом и независимыми взглядами на жизнь и политику, мэтр поэзии посетил первый Международный конгресс писателей, который проходил в Алматы.

5 001

– Бахыт, вы уехали из Казахстана много лет назад. Чувствуете ли вы себя как-то причастным к нашей стране или уже полностью ассимилировались на Западе?
– Конечно чувствую. Иначе я бы сюда не приезжал. Здесь живут мои родные и близкие люди. Я не был в Алматы года три. Мне всегда приятно приезжать в этот город, как и в Шымкент, где прошло мое детство.
– Когда вы уехали в Канаду, то признались, что не все оказалось так, как себе представляли…
– Да, это правда. Люди думают, что им где-то будет лучше, чем на родине. Как говорится, трава у чужого забора всегда зеленее. Помните, как у Чехова три ограниченные девушки кричат: «В Москву, в Москву!» При этом не задумываются: а что, собственно, они будут делать в Москве? У каждого человека своя участь. Одни счастливы там, где родились. У меня есть знакомый поэт, пишущий на суперэкзотическом русинском языке в Закарпатье. Этот замечательный поэт мирового класса всю жизнь прожил в своей деревне, преподает там литературу. И он счастлив! Другим же нужно мотаться по свету. К последним относится ваш покорный слуга. В 1982 году я переехал в Канаду, с 2006 года живу в Нью-Йорке. Годы жизни, конечно, дают о себе знать, и ты постепенно привыкаешь к новому укладу. Но в американцев, конечно, наши люди практически никогда не превращаются. Все тусуются в кругу своих соотечественников. Не спорю: есть исключение, люди, которые легче интегрируются. Но вот у писателей это как-то не получается. Я пробовал писать на английском. Создал целых 27 стихотворений, но они уже звучали не так, как я задумывал, а несколько, мягко говоря, странно. Конечно, поэзия еще не прокормила ни одного иммигранта, особенно в Америке. Поэтому я много лет работал переводчиком, стал членом Международной гильдии переводчиков-синхронистов. К слову, попасть в нее было очень сложно. Сейчас нахожусь, как говорится, на заслуженном отдыхе, путешествую.
– Но где же тогда искать источник для творчества, если постоянно чувствовать дискомфорт?
– А кто вам сказал, что для того, чтобы творить, нужно чувствовать себя комфортно? Скорее наоборот. Художнику необязательно быть голодным и злым. Но домашнее благополучие часто губительно для поэта. Это не говорит о том, что я весь из себя романтик и не хочу жить в красивой квартирке, кататься на нормальной машине. Признаться, машины у меня нет и никогда не было. Конечно, любому человеку нужно иметь какой-то необходимый минимум. Но должны кипеть, как говорится, страсти роковые, стоять вопрос о решении каких-то проблем, причем таких, которые могут быть только у тебя в голове. Каждому свое! Уезжая жить в другую страну, ты обнуляешься, начинаешь все с самого начала. Просто люди себя часто переоценивают, полагая, что все быстро восстанавливается. Так думал и я. Имеется в виду человеческий капитал, который у тебя есть, – друзья и родные. Когда ты приезжаешь на новое место, ты себя этого лишаешь. А накопить такого же качества, как раньше, увы, нереально. Во-вторых, это требует достаточно продолжительного времени, как минимум десять лет. Многие люди уезжают из экономических соображений, считая, что в более развитой стране они будут жить лучше, чем у себя на родине. При этом забывают удивительную вещь, что человек по своей природе ненасытен. У каждой страны есть своя система материальных ценностей, которыми человек может похвалиться себе и своим знакомым. Она строится в соответствии с благосостоянием этого государства. Если в Алматы 70-х годов у тебя была подержанная иномарка, то ты был абсолютный король. Сегодня, этим абсолютно никого не удивишь. Уже нужен новенький «Мерседес» или «Ягуар».
– Как я поняла, материальные ценности вас не волнуют. Что же важно в жизни?
– Сочинять, еще раз сочинять. Жить насыщенной духовной жизнью. Я долго писал прозу, хотя она у меня получается хуже. Это тоже огромное удовольствие. Я не играю в потребительские игры: у кого что лучше и чего больше. Социальный статус, как горизонт. Чего бы ты ни достиг, у соседа всегда будет лучше. И ты никогда не насытишь себя какими-то земными сокровищами, всегда будет чувство неудовлетворенности. Я, к счастью, напрочь лишен чувств зависти и ревности. Они страшно отравляют жизнь. Я всегда размышляю философски: почему богат богатый человек? Потому что он много работает. С него государство берет большой налог, который идет на обучение моих детей в школе. Поэтому дай Бог ему здоровья! Зависть у меня возникает только, когда мой коллега получил какую-то литературную награду. Обидно, что я не смог.
Когда мы были на встрече с акимом Алматы, он говорил о том, что в вашем городе убрано огромное количество заборов. Это замечательно! Кстати, в Канаде или Америке такой проблемы вообще нет. В лучшем случае между даже очень богатыми домами какая-то низенькая живая изгородь. Я думаю, что человек сооружает забор, желая отгородить себя от всего мира, кичится, что он какой-то особенный. Или из-за узости мышления. Вот от этого всем нам надо уходить.
– Услышали ли вы на форуме писателей что-то новое для себя?
– Интересно было поговорить, конечно. Мы и в Америке подобные темы частенько обсуждаем с моими коллегами. Наш мир за последние 30 лет неузнаваемо изменился. Тогда компьютеры были роскошью, Интернет – в зачатке. Сейчас благодаря Всемирной паутине – век полной доступности информации. Обилие бессмысленной информации развлекательного характера, которая к тому же низкого качества. Из этого информационного шума даже трудно вытащить какую-то истину. Как жили наши семьи раньше? Обычно в воскресенье вместе с ребенком люди отправлялись в кино или цирк, и это было событием года. А теперь у него это кино и другие развлечения на экране смартфона или телевизора. То есть получается, что у нас забрали ощущение радости. Получая огромное количество информации, человек не может меняться, как он меняется от хорошей литературы или музыки. Просто потому, что он не может усваивать мутный поток, который несется на него со всех сторон. Возникает некое пресыщение и отупление чувств, равнодушие. Вот заставь человека жить в ресторане или работать на шоколадной фабрике. Через неделю он возненавидит и еду, которая там продается, и сладости. То же касается развлечений, которые сегодня любой имеет у себя под рукой в смартфоне. Надо бы иногда оторваться от экрана, подумать о смысле жизни, погрустить наконец…
Например, у меня нет айпэда, просто я не вижу ситуации, когда бы он мне пригодился. Я не спешу прочесть последнее сообщение в Facebook. Время потерпит.
Думаю, что современный человек поймет, что реальная жизнь не в виртуальном мире и что секс по телефону – это секс по телефону. Сейчас молодежь прекратила встречаться друг с другом, торчат в своих телефонах, переписываясь там. Наверное, экономят на ресторанах, цветах. Но рано или поздно этот идиотизм все же закончится. Экономическая глобализация сегодня не сопровождается глобализацией духовной, ростом интеллектуальных способностей человека.
– Не обесценивается ли в связи с этим роль литературы, поэзии?
– Есть в этом и другая сторона – доступность информации означает доступность литературы. Одно дело, когда твоя книга опубликована небольшим тиражом, другое, когда она в Facebook и доступна 15 тысячам читателей. Настоящая литература и искусство сегодня должны противостоять волне потребления и безумства. Думаю, что это их непосредственная миссия. Судьба поэта всегда одинакова – он всегда на обочине. Я всегда отсылаю в этом плане читателя к Пушкину: «Поэт по лире вдохновенной рукой рассеянной бряцал. Он пел – а хладный и надменный кругом народ непосвященный ему бессмысленно внимал».
С годами в нашей жизни мало что изменилось. Меняются декорации, уровень жизни населения. Никогда еще человечество не было таким богатым и сытым, как сейчас, несмотря на какие-то мелкие проблемы. При этом поэты не исчезают, как не исчезают такие вещи, как любовь и смерть, истина и вера.
– Вы планируете свою жизнь, творчество?
– Конечно, но не всегда, увы, получается. Но при этом не забываю такую мудрую поговорку «Хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах». Я иногда бью копытами против течения, но это бывает редко. Верю в китайскую мудрость: « Если очень долго сидеть на берегу реки, то можно дождаться, пока мимо тебя проплывет труп врага». В жизни как-то вдруг все обустраивается.
– Что вас пугает в жизни?
– Очень обидно, когда происходят какие-то отвратительные политические события, которые ведут за собой убийства, репрессии. Это нарушает мою благостную картину мира. Как и любого человека, меня страшат болезни, смерть. Но в жизни есть какой-то смысл. Он в любви в широком смысле этого слова. Это необязательно любовь между мужчиной и женщиной, есть любовь к родителям, друзьям, хорошей литературе, да и вообще к жизни. Опять же об этом замечательно сказал мой любимый Александр Сергеевич:
«По прихоти своей скитаться здесь и там,
Дивясь божественным природы красотам,
И пред созданьями искусств и вдохновенья
Трепеща радостно в восторгах умиленья.
– Вот счастье! вот права...»
Наталья ВЕРЖБИЦКАЯ
Фото Кайрата КОНУСПАЕВА