Батима Заурбекова: «Моему творчеству подходит «влюблённость»

10 001

До обидного мало в Казахстане художников с успешной творческой карьерой. Жизнь и искусство Батимы Заурбековой – счастливое исключение. Звезда удачи после взлета славы в советское время не покидала Батиму. Обошла ее полоса безвестности и прозябания, постигшая многих соратников по искусству в постперестроечные годы. И сегодня работы лауреата Государственной премии имени Чокана Валиханова, заслуженного деятеля искусств Казахстана мастера Заурбековой пользуются большим спросом как на родине, так и за рубежом.

10 001

– Батима, как бы вы описали свое искусство тому, кто с ним не знаком?
– Моему творчеству очень подходит слово «влюбленность». Люблю свое дело – гобелены и живопись. Гобелены у меня живописные, жизнерадостные, полны энергии. Их отличает игра красок и переливы тональностей. В моей палитре все краски солнечной природы Казахстана. Ткать гобелены – трудоемкая и кропотливая работа. Много времени уходит на подбор цветовых сочетаний. Порой я недовольна тем, что из 200 красочных оттенков, доступных живописи, лишь половину можно передать в гобелене. Двадцать пять лет ткала сама, теперь есть ученики, к которым я очень требовательна, обучаю их годами, как добиться живописного многоцветья. Вместо фор-
эскизов поручаю исполнителям свои законченные живописные картины. Особенность моей технологии – в толщине шерстяной нити. Она должна быть тонкой, как шпалера, особенно в портретах. Раньше мы мучились, раскручивая толстые фабричные нитки, теперь готовую пряжу закупаю тоннами. Очень строга я с учениками, которые для ускорения ткут из толстой пряжи, однако чтобы на работу не ушли годы, стараюсь по возможности облегчить их труд.
– Расскажите о творческом становлении. Кто повлиял на то, что вы стали художником?
– Выросла я в поселке Мерке Жамбылской области, в 1964 году окончила 11 классов. В школе хорошо рисовала, и мать благословила меня. Однажды, прочитав в журнале статью о Гульфайрус Исмаиловой, она пришла в восторг: «Смотри, какая красавица!» – и отправила меня с двумя чемоданами в Алма-Ату учиться на художника. Директор художественного училища имени Гоголя Акрап Кудайбергенович Жубанов встретил меня приветливо, и на следующий день я уже сдавала вступительный экзамен на оформительское отделение.
– Ваше увлечение текстилем не случайно? Почему именно гобелен стал вашим выбором?
– Конечно, мой выбор не случаен, но не ожидала от себя, что вдруг займусь текстилем, сама не заметила, как увлеклась. Думала, буду живописцем. Об этом твердили мне преподаватели в училище. Уроки живописи нам преподавали крупные художники – Табиев, Темирбеков, Джакубалиев, в класс часто заходил Айтбаев. Он всегда отмечал мои работы, прочил будущее как у Айши Галимбаевой, Гульфайруз Исмаиловой. Как-то раз мой руководитель дипломной работы Акрап Жубанов предложил попробовать себя в ткачестве. В то время из Львова после обучения вернулся художник-прикладник Курасбек Тыныбеков. У него я быстро освоила технику и стала выставляться самостоятельно. В 1969 году состоялась моя первая выставка гобеленов. Это сейчас у нас выставок мало, а в 60–70-е
годы их было очень много – каждый месяц, и все художники активно работали. Одно время для исполнения больших госзаказов объединилась с Ириной Яремой. Самым крупным заказом был 34-метровый гобелен для высотной гостиницы «Казахстан» в 1978 году. Над ним я работала в составе группы авторов – К. Тыныбеков, И. Ярема, Е. Николаева. За эту работу нам присудили Государственную премию Казахской ССР имени Чокана Валиханова. В советское время обо мне много говорили, писали, на «Казахфильме» режиссер Арарат Машанов снял фильм о моем творчестве. Беспрерывная работа над гобеленами не давала думать о живописи. Нас, гобеленщиков, регулярно с 1989 по 1991 год возили во Францию на фестивали и конкурсы. Эти поездки – самые яркие события того периода. Французам настолько нравилась ручная работа, которая выгодно отличалась сочностью красок, богатством цветопереходов от их гобеленов машинного производства, что мне даже предлагали остаться в этой стране.
– В вашей творческой карьере четко прослеживаются три крупных периода. Первый – советский, затем постсоветский, или зарубежный, и нынешний этап. Что дал вам заграничный опыт?
– Художнику побывать за рубежом очень полезно. Я участвовала в крупных симпозиумах и выставках в Туркмении, Иране, Малайзии, Швейцарии. А в Турции сбылась моя мечта вернуться к живописи! Как это произошло? После перестройки в Казахстане разразился страшный кризис. Многие художники ушли в торговлю, переквалифицировались. Я тоже в Алма-Ате работать не могла, уехала в Турцию. Но там не Франция – гобелены не в тренде, зато ценят советскую академическую школу живописи. Местные галерейщики предложили мне сделать выставку картин. Я закупила краски, холсты и в тот же день приступила к работе. Через два месяца открыла выставку живописи в элитной клинике «Дентаформ». У богатой хозяйки этой стоматологической клиники красиво оформленная галерея, и люди охотно приходят на лечение. У банкиров есть право первого выбора, и большинство продаж моих работ было сделано еще до открытия выставки! После такого успеха крупнейший Зираат Банк сделал мой вернисаж в огромном зале с широким освещением в СМИ, выпустил каталог тиражом 1000 экземпляров. Я была очень довольна, люблю Турцию! (Смеется.) И почему наши банки не проводят художественные выставки? Почему в Казахстане не приглашают банкиров на выставки до открытия?
За три года я провела девять персональных выставок, и везде меня отлично принимали, в том числе мэр города Анкары. Три года работы на рекламу дали результат. Стоимость моих работ значительно выросла, особенно когда в Стамбуле президент корпорации Vakko дорого купил мои картины. Выставку посетил казахстанский посол Жансеит Туймебаев. На последней выставке в портовом городе Чанаккале я получила лестное приглашение от Университета имени 8 Марта – преподавать студентам из богатых семей. Мне предложили открыть свою галерею с большим месячным окладом, квартиру, гражданство через два года – лишь бы я согласилась представлять университет в качестве его художницы по всему миру. Я отказалась: двойного гражданства нет, а так из Казахстана не уеду. На третий год такая ностальгия была по дому, по родине, что я уже не могла оставаться в Турции и выехать не могла: одна за другой беспрерывно шли выставки.
– Как считаете, что нужно Казахстану для того, чтобы повторить опыт культурной революции в Турции?
– Необходимо поменять отношение к художникам. У нас, когда уезжала, галерей вообще не было, а приехала туда – в одной Анкаре 120 галерей, про Стамбул я не говорю! После Казахстана мне казалось, будто я в рай, в коммунизм для художников попала. В Турции художник в обществе пользуется таким уважением, что люди после выхода на пенсию идут на курсы по изобразительному искусству и пишут картины! В этом отношении они продвинутые, зайдешь в дом любого простого учителя или пенсионера, хозяин с гордостью рассказывает, где какую картину купил. Для творчества созданы все условия, атмосфера совершенно другая – хочется работать, откуда-то берется столько энергии и идет такая активная жизнь, что я совсем мало спала и много работала.
– Какова ваша тематика и к чему больше лежит душа в настоящий период – к живописи или гобеленам?
– Ткать гобелены, если есть заказ, я не отказываюсь, но сегодня больше тянет заниматься живописью. Мне всегда удавались именно женские портреты, теперь хочу писать портреты с натуры. Последняя коллекция из 70 работ – смешанная, гобелены и живопись: натюрморты и пейзажи, городские и горные. Люблю национальную тематику, в гобеленах большим спросом пользуется тема Туркестана, мавзолея Ахмета Яссави, а серия «Птицы счастья» шла нарасхват. Как получилось? В начале 2000 года, когда вернулась из Турции, в Казахстане многое изменилось. Вопреки ожиданиям, меня не забыли, по приглашению директора Президентского центра культуры я сделала выставку в новом музее в Астане. На выставке познакомилась с галеристом Розой Жусуповой, которая открыла тогда первую в Астане частную галерею «Шежире». Благодаря сотрудничеству с этой галереей мои работы продавались так успешно, что назад в Турцию мне не хотелось, у себя на родине пользовалась успехом! Это был очень хороший период, с волной частных заказов от предпринимателей я обрела известность в Астане.
– У молодежи есть интерес к гобеленам? Что бы вы посоветовали начинающим гобеленщикам?
– Есть у нас талантливые девушки. Самое главное пожелание – больше терпения и настойчивости. По-другому просто не получится.
Беседовала
Дина ДУСПУЛОВА