Художник-мечтатель

В Государственном музее искусств им. Абылхана Кастеева состоялась выставка живописи, посвященная 90-летию Сабура Мамбеева

7 001

Вы знакомы с импрессионизмом? Наверное, да. Это прежде всего французы-живописцы 1870-х годов. Молодые и дерзкие, они назывались группой непримиримых, бросив вызов своим предшественникам – академистам. Зачем? Чтобы писать «жизнь в розовом свете», как спела позже Эдит Пиаф. Чтобы ослепительная и целомудренная нагота нежных парижанок Огюста Ренуара, хрупкая женская грация и завораживающая жизнь природы Клода Моне, броская, эпатирующая салонные вкусы публики откровенность ню Эдуарда Манэ засияла солнечной палитрой под открытым небом… Все краски весны и лета сошли с небес на эти холсты, отрицая мрачные тона жизни и живописи. И это было главным принципом творчества импрессионистов.
Картина К. Моне Impression («Впечатление. Восход солнца») стала поводом к саркастическому определению критиками живописи молодых – «импрессионизм». Но, как заметил Сенека, «всякая истина приходит как ересь, а уходит как предрассудок».
Ныне все музеи мира, обладающие полотнами «впечатленцев», а лучшие из них – в России, почитают за честь обладать этими сокровищами.
Но сегодня мы обратимся к своим импрессионистам. Да-да, у нас, в Казахстане, и не в веке XIX, как во Франции и России, а в середине XX века одним из первых стал удивительный художник Сабур Абдрасулович Мамбеев (1928 г. р.). Народный художник Казахстана, долгие годы он возглавлял Союз художников республики.
А тогда молодым и дерзким он вернулся в Алма-Ату после учебы в Ленинградском институте живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Репина, Академии художеств СССР вместе с плеядой сверстников, коим предстояло стать корифеями национальной школы изобразительного искусства.
Первый и единственный (!) он начал весеннее-мерцающими соцветиями создавать поэтический мир родного Отечества глазами тонко чувствующего интеллектуала и мечтателя.
Это прежде всего женские, девичьи образы, словно на мгновенье замершие под взглядом влюбленного художника. Все дышит, мечтает, волнуется в подвижном ритме пастельной гаммы цвета. А каждый мазок, соприкасаясь со следующим, струит вертикали света, взмывающего вверх. Каждый сюжет конкретен, узнаваем, близок и вместе с тем невероятно отстоит во времени.
Эта весенняя степь с поэзией кочевой жизни в серебристо-розовом свечении воздуха, низком горизонте, дающем чувство неохватного простора, и наконец Он и Она. На синеве дальних гор вспыхивают цветущие юные деревца, и тот же розовый очерчивает девичью фигурку, данную со спины в незащищенной хрупкости первого чувства, доверчивой и грациозной. Она сидит на цветущей траве, а Он лежит пред нею, приподняв голову над книгой. Все проникнуто тишиной и счастливым мигом бытия. А ближе к нам, на переднем плане – крошечный табун лошадей с резвым и трогательным жеребенком. Так гармонично, торжественно и просто возникают пред нами дети и хозяева этой земли, сливаясь с ней в консонансе («Весна»). Имя этой земли – Казахия. И пишет художник сердцем. А попробуйте продлить эту встречу и вы убедитесь, что перед нами – уголок планеты Земля, видимый с высоты птичьего полета, с высоты любви.
Техника, называемая пуантилизмом, когда автор покрывает поверхность холста точками, не смешивая красок, пришла издревле. Была популярна и в среде французов, и у русских живописцев. При этом зачастую использовался чистый цвет ярких, насыщенных тонов.
А наш Сабур Мамбеев избрал мягкий, как бы разбеленный цвет, а вместо точек использовал чуть удлиненные мазки, точно, зорко и невероятно легко рисуя гамму цвета и света, что являет нам события здесь и сейчас и вместе с тем всегда, вечно.
Старая истина гласит, что лицо нации определяет женщина. Она продолжает род, растит будущие поколения, наставляет их на путь истины. Может быть, именно поэтому мадонны всех времен и народов олицетворяют собой самое доброе и сокровенное в душе любого землянина. Удивительно сказал Юрий Домбровский: «Все настоящие отношения в мире строятся через Женщин. Они крепки только тогда, когда где-то спаяны женской кровью. Но тогда это уже навеки. Такие отношения никогда не распадутся, а будут все расти и расти, охватывая все больше людей… Это так даром не дается. Это надо пережить. Это и есть Любовь? Первая?..»

7 002

И вот перед нами жизнь города, молодого, звонкого, нарядного – мы тотчас узнаем Алматы! В свежей прохладе густой листвы, пронизанной солнцем, в облике юности, душевной ясности и чистоты, в интеллекте, столь ощутимом и зримом («Студентки», 1959, «В моем городе», 1960). Девушки, чуть угловатые, стройные, гибкие, всегда самоуглубленные и серьезные – это героини холстов Сабура Мамбеева. Как гордо и ясно смотрят они на мир и прямо нам в душу! Они полны такого чувства жизни, трепета и вдохновенного ожидания чуда, что возникает ощущение мига предстояния, полета, вневременности. Как в легендах-поэмах Александра Грина и Александра Блока. Но лучше выдохнул наш Олжас Сулейменов: «Июль – Аель – Женщина это!»
И все это о творчестве казахского классика современной живописи Сабура Мамбеева, безмерно влюбленного в свой народ и его прекрасных дочерей. А все краски любимой земли, как окна в мир, пронизаны искрящимся, улыбающимся солнцем, поющим Любовь, Женщину, Нежность. Неповторимая палитра вечной молодости! Палитра импрессионизма!
Спасибо, Мастер!
Сауле Беккулова, кандидат искусствоведения,
член союзов художников СССР и Казахстана

7 003