Эх, яблочко...

Исчезновении в Казахстане более 200 видов деревьев и кустарников семейства розоцветных, зараженных бактериальным ожогом...

«Ситуация в сельском хозяйстве Казахстана сложилась чрезвычайная. Нужны экстренные меры по спасению плодовых и декоративных культур», – заявили участники состоявшегося в Алматы Международного научно-практического семинара, посвященного бактериальному ожогу.

Нежданная гостья из Северной Америки
Речь идет об исчезновении в Казахстане более 200 видов деревьев и кустарников семейства розоцветных, зараженных бактериальным ожогом. В том числе и прародительницы всех культурных сортов яблонь – дикой яблони Сиверса.
Научный форум, посвященный поиску эффективных методов борьбы с бактериальным ожогом, прямо скажем, вызвал ажиотажный интерес. Организован он был в предельно короткие сроки (за два месяца), но на него, забыв о границах, прибыли ученые фактически со всех континентов. Уже само то, что они ради поиска эффективных методов борьбы с опаснейшей болезнью растений подвергли корректировке планы, расписанные еще в прошлом году на много месяцев вперед, говорит о серьезности ситуации.
Генеральный директор Казахского НИИ защиты и карантина растений Абай Сагитов сообщил, что в 2012 году, когда впервые были получены образцы, подтверждающие наличие опасной болезни, угрожающей превратить нашу страну в безжизненную пустыню, в республике не было ни одной серьезной лаборатории по ее диагностике. За неполные четыре года удалось обучить специалистов, приобрести оборудование и построить несколько современных лабораторий.
– Что касается уникальной яблони Сиверса, то ее заражение стало сигналом к совместным действиям ученых всего мира, – сказал академик. – И сейчас мы, объединившись с зарубежными коллегами, делаем все, чтобы сохранить мировой генофонд за счет внедрения всех имеющихся сегодня достижений науки.
– К счастью, в Казахстане и правительство, и ученые понимают, что утаивание информации сдерживает борьбу, – заметила старший научный сотрудник Всероссийского центра карантина растений Наталья Дренова. – И все же мы вынуждены признать, что бактериальный ожог распространяется очень быстро, миллионы опасных бактерий в считаные дни превращаются в миллиарды.
Заболевание, известное с конца XVIII века, имеет североамериканские корни. Во влажном климате оно способно достаточно быстро заразить все деревья и кустарники. При активном проявлении бактериального ожога ветви обычно чернеют, цветки погибают, побеги усыхают, кора покрывается язвами и т. д.
В советскую бытность каждый саженец проверяли на скрытые болезни, высаживая на несколько лет в интродукционный питомник. Сейчас с помощью современной диагностики в аккредитованной лаборатории КазНИИ защиты и карантина растений это можно установить за несколько дней. Однако переносчиком бактериального ожога могут являться не только зараженные саженцы, но и любой другой товар, прибывший из зарубежья. А фуры с ним, как известно, пересекают границы тысячами.
Так как бактериальный ожог является карантинным заболеванием, то основная мера – это искоренение зараженных насаждений. Но и в Казахстане, и в России, как признают ученые, в большинстве регионов момент уже упущен. И если уничтожить зеленые насаждения радикальными методами, то придется оголять фактически все территории.
– Сжигать или пускать под топор зараженные сады – не решение проблемы, – считает профессор Джонсон Кеннет (Орегонский университет, США). – Надо научиться управлять бактериальным ожогом. Посадить, к примеру, устойчивые к нему сорта. Правда, изменение генов займет время. Пока это произойдет, можно использовать все методы борьбы в комплексе. Пока самый эффективный из них – это антибиотики. В органическом земледелии, которое используется во многих странах, они запрещены. Однако я лично не вижу ничего страшного, если их будут использовать в комплексе с другими средствами борьбы.

Промедление смерти подобно
Против бактериального ожога, ставшего проблемой номер один для всего мирового сельского хозяйства, пока не существует препаратов, чья эффективность была бы признана всеми единогласно.
– Бактериальный ожог полностью уничтожить невозможно. Можно лишь с помощью разных эффективных методов минимизировать потери от него, – говорит американский профессор Мохаммед Бабадоост.
Борясь с опасной болезнью, в первую очередь, нужно вывести устойчивые сорта, считают ученые. Во вторую, необходима интегрированная система защиты всеми имеющимися сегодня препаратами, а их более 30 наименований. Это антибиотики, медьсодержащие препараты и бактерии-конкуренты.
Очень хороши биологические препараты, но они не во всех случаях работают одинаково хорошо. Антибиотики действуют достаточно стабильно, но во многих странах, в том числе в России и Казахстане, их применение в сельском хозяйстве запрещено. К тому же сами американские ученые, выступая на семинаре в Алматы, отмечали, что к широко используемому в их стране антибиотику стрептомицину появились резистентные штаммы. Давно известен препарат меди, но он тоже недостаточно эффективен, да и вносить его надо в большой концентрации. Поэтому всегда есть место эксперименту и научному поиску. Московские ученые, двигаясь в этом направлении, предлагают, к примеру, препарат на основе коллоидного серебра. Несколько лет назад он прошел успешные испытания на плодовых культурах в университете Жироны в Испании. В одном из хозяйств Алматинской области, где его применяли в комплексе с другими препаратами, также проявил себя очень хорошо.
– Взяв совместно с КазНИИ защиты и карантина растений в качестве экспериментального крестьянское хозяйство Суздалева под Алматы, мы спасли там апортовые сорта яблонь, которые собирались выкорчевывать, – говорит разработчик серебросодержащего препарата, научный сотрудник Московского университета Павел Жеребин. – Думаю, что наша технология вместе с другими препаратами позволит решить Казахстану если не все, то многие проблемы, связанные с бактериальным ожогом.

Между топором или зажигалкой
И все же если сильно постараться, то ущерб от бактериального ожога можно свести к минимуму.
Научной темой представлявшего на семинаре Польшу консультанта Европейского аграрного центра кандидата биологических наук Клака Войцеха является разведение интенсивных садов.
– В прошлом году мы вырастили 3 млн 750 тысяч тонн яблок, 4,1 млн тонн планируем в этом году, – сообщил он. – Статистика бесстрастна: в 40-миллионной Польше выращивается сто килограммов яблок на душу населения. Это означает, что у нас практически нет бактериального ожога. То есть он появляется, но при интенсивной технологии, наличии передовой садоводческой техники, опрыскивателях, фортифицированном капельном орошении и активной помощи садоводам со стороны государства с ним достаточно легко можно справиться.
Возьмем конкретный пример. Когда ко мне приходит потенциальный садовод, который хочет посадить сад на 20 гектарах, я в первую очередь спрашиваю, сколько он планирует снять урожая с одного гектара. В среднем это обычно 40 тонн. Мы ему подсказываем, что на одном гектаре необходимо посадить 3200 саженцев на расстоянии 3,5х0,8 метра. Дальше начинается анализ почвы на кислотность и внесение удобрений. Берутся пробы также и с воды, поскольку и через нее тоже можно заразить деревья не только бактериальным ожогом, но и болезнями коры, древесины и другими опаснейшими грибными и бактериальными болезнями.
Итак, сад посажен. Дальше строго по плану идут комплексные обработки фунгицидами, инсектицидами, биоудобрениями, стимуляторами роста. Польша активно применяет все эти препараты против бактериального ожога в интенсивном садоводстве. Без них страна вряд ли смогла бы выращивать до четырех миллионов тонн яблок в год.
В среднем в сезон количество обработок составляет от 22 до 24 раз. Программы в зависимости от того, какие препараты допущены в данный момент, меняются каждый год. Лучше всего на бактериальный ожог действует антибиотик стрептомицин. Но он так же, как в Казахстане и России, запрещен и в странах Европы. Альтернативу ему составляет касумин (японский параантибиотик). Но без ассортимента из нескольких препаратов практически невозможно бороться с бактериальным ожогом.
Адиль МИРАСОВ

Защитные мероприятия против бактериального ожога в саду

Одним из радикальных методов борьбы с бактериальным ожогом как карантинным заболеванием является выкорчевывание деревьев, что приводит к большим экономическим издержкам. В связи с этим нами разрабатывался альтернативный метод подавления инфекции с целью сохранения плодовых деревьев.
Система защитных мероприятий, включающая осеннюю искореняющую обработку, после сбора урожая высокими концентрациями медьсодержащих препаратов. При этом не следует опасаться ожогов на листьях и других органах, а также токсиостатков в плодах.
1) После сбора урожая в октябре провести искореняющую обработку, включающую побелку ствола дерева с 10-процентной бордоской жидкостью и опрыскивание в 4-процентной концентрации.
2) Осенняя искореняющая обработка бордоской жидкостью, ранневесеннее профилактическое опрыскивание по зеленому конусу 4-процентной БЖ, опрыскивание перед цветением и сразу после него 1-процентной БЖ.
3) Опрыскивание после цветения одним из следующих фунгицидов: «Косайд» – 4 кг, «Ордан» – 3 кг/га, «Курзат» – 3 кг.
4) В период образования завязи опрыскивание бактерицидными препаратами: «Касумин»№ – 4 л, «Фитолавин» – 3 л.
5) В период роста плодов опрыскивание стимуляторами роста для повышения иммунитета растений против возбудителей болезни: «Зерокс» – 3 л, «Акпинол» – 1 л, «Мивал Агро» – 0,1 г.
6) После уборки урожая провести агротехнические мероприятия: обрезка, побелка стволов и скелетных веток 10-процентной бордоской жидкостью. Опрыскивание деревьев 4-процентной бордоской жидкостью. Из агротехнических мероприятий обязательным элементом системы является весенняя обрезка пораженных ожогом молодых побегов и ветвей, зачистка трещин и клиновидных язв на стволах и скелетных ветвях и замазка их садовым варом.
Обязательным элементом при обрезке пораженных частей дерева является дезинфекция садовых инструментов 5-процентным раствором железного купороса или формалина либо 10-процентным гипохлоридом Na, а также дезинфекция срезов 1-процентным раствором медного купороса и обмазка их садовым варом или эмульсионной краской.