Необыкновенное чудо

Алматы и алматинцы: 100 новых лиц

21 год назад 31 июля в Казахстане появился первый ребенок, рожденный методом ЭКО. Девочка. Красивая и здоровенькая. Сейчас она студентка одного из топовых университетов Англии.

5 001

 

Бездетность сродни сиротству
5 002Ее «вторая мама» – первый эмбриолог Казахстана Салтанат БАЙКОШКАРОВА – извлекает из сокровенных уголков своего письменного стола портрет юной девушки.
– Красавица! – в голосе Салтанат Берденовны звенит нежность. – Несколько лет назад ее родители привели ко мне пациентов и подарили фото своей девочки, а я его увеличила. Самый первый наш ребенок получился очень удачным. Родители и мы не нарадуемся на нее.
– Она посвящена в тайну своего рождения?
– Не знаю, сказали ли ей родители. Последний раз видела, когда ей исполнилось 10. До этих пор мы каждый год в качестве друзей семьи бывали на ее дне рождения. А потом родители перестали нас приглашать. Значит, так было нужно.
Сейчас в медцентре «ЭКОмед» работает штат из нескольких десятков специалистов, а тогда, как говорится, ты да я, да мы с тобой: эмбриолог в моем лице и гинеколог Татьяна Павловна Рубашина. Потом подключилась еще один гинеколог. Так постепенно стали обрастать другими специалистами, которых сами и подготовили. И теперь уже неуместно говорить «я», надо – «мы», как настаивает Батыр Бекмусаев, мой муж. В самом деле моя заслуга только в том, что я первая в Казахстане инициировала появление экстракорпорального оплодотворения и создала первую лабораторию.
Как я стала инициатором этого проекта? Чтобы рассказать об этом, надо вернуться в тот яркий солнечный день – 25 июля 1978 года, когда мне, тогда еще школьнице, попался журнал, где сообщалось, что в Англии появился первый в мире ребенок из пробирки. «Фантастика!» – мелькнуло в моей восторженной юной головке. Но даже в самых невероятных грезах не я могла представить, что спустя какой-то десяток лет это станет делом моей жизни. И не только потому, что я, такая вся сердобольная, хотела помочь другим женщинам.
Выйдя замуж в 19 лет, семь лет ждала первого ребенка, потом целых 15 лет – второго. По восемь месяцев в году лечилась от бесплодия и бесконечно страдала. Бездетность – тяжелое испытание для любой женщины, а для выросшей в традиционной многодетной казахской семье – вдвойне.
Когда работала в консультации «Брак и семья» Центра репродукции человека, ко мне каждый божий день приходили бездетные пары. Но тогда, в 90-е, возможности репродуктивной медицины были иными: мы могли делать только искусственное осеменение. Женщины, страдающие непроходимостью труб, путали его с экстракорпоральным оплодотворением. Устав объяснять, что для ЭКО у нас нет лаборатории и многого-многого другого, я стала задумываться, как помочь им.
Нынешний кризис пытаются сравнивать с теми годами. Нет, тогда было хуже: перебои с электричеством, газом, плохие дороги… О таких вещах, как передовые репродуктивные технологии, можно было только мечтать. И все же я настойчиво пыталась сделать мечту былью. Работая в своей консультации при государственной клинике по оказанию медико-социальной помощи семье, изучала разные методики и много стажировалась в клиниках Москвы и Санкт-Петербурга. Овладев методикой, приступила к поиску напарника – врача-гинеколога, который помогал бы мне извлекать из организма женщины яйцеклетку для оплодотворения.
Это оказалось не так-то просто. Многие врачи просто не понимали, о чем речь. Но, как поется в той песне, если долго мучиться, что-нибудь получится. В конце концов путем непростого мониторинга я вышла на идеального, с моей точки зрения, гинеколога – Татьяну Павловну Рубашину (ныне Копылову). Смелая женщина, она может уходить в любое новое дело как в омут с головой.
…Недавно одна журналистка, которая когда-то писала обо мне, попросила дать интервью о суррогатном материнстве. Мимоходом заметила: «Бездетность сродни сиротству. Это как бы две половинки одной большой беды. И какая из них страшнее, одному Богу известно».
От той реплики во мне все всколыхнулось! Я вновь ощутила себя той потерянной молоденькой женщиной, которая металась от одного доктора к другому, страстно вынашивая в себе мечту о ребенке. И это космическое чувство одиночества, и боль, словно режут по угасающему, но еще живому, тоже вернулись… Если у ребенка нет отца или матери, то он вызывает щемящее чувство жалости. Точно так же и два взрослых человека. Они встретились, поженились по любви, а потом время острых ощущений проходит – и из каждого угла их безупречного, благополучного дома выглядывает одиночество.
Раньше по молодости, чтобы воодушевить других, я чаще рассказывала о том сложном периоде своей жизни, но с годами, оказывается, становишься тоньше и ранимее.

«Эволюция» взглядов
– Сейчас появилось движение чайлдфри. Есть ли этому оправдание, с вашей точки зрения?
– Просто так человек от радости материнства и отцовства отказываться не будет. Мне кажется, у всех чайлдфри в детстве было нечто, что навсегда отвратило их от семейных ценностей. Возможно, жизнь в родительской семье была безрадостной. А может быть, играет роль пропаганда? Я наблюдаю сейчас эволюцию взглядов одного молодого человека. Года три-четыре назад, когда ему было 10–11, он говорил, что у него будет четверо детей – два мальчика и две девочки. «А может быть, и больше», – добавлял он.
Однажды увидел по телевизору сюжет, где рыдающая женщина рассказывала, что ей не по силам одной прокормить девятерых детей. Подросток был в ужасе: «А где ее муж?!» Но про отца этих несчастных журналисты почему-то умолчали. «Все! Детей у меня будет не больше двух. А то вдруг нечем будет их кормить или у нас не будет дома», – заключил подросток.
Потом он уехал на летние языковые курсы в Англию. Подружился там с одним молодым педагогом, выпускником Оксфорда. На следующий год, а было ему уже 13, снова поехал в Англию. Вернувшись, заявил, что Дэниэлю (тому самому молодому педагогу) уже 25, но он решил никогда не жениться. «Зачем плодить детей, если на земле и без того тесно, – сказал, оказывается, кумир своим юным воспитанникам. – Я космополит, буду ездить по всему миру и обучать детей. Может быть, усыновлю сироту».
Теперь наш паренек говорит: «Действительно, зачем иметь детей? Ну хорошо, пусть один у меня будет свой, другого возьму, наверное, из детдома». Такая вот эволюция взглядов, на мой взгляд, обратная сторона глобализации: мы перенимаем у других народов их взгляды на жизнь.

Мир теряет гармонию?
– Казахи всегда отличались чадолюбием, но теперь новорожденных выбрасывают, как ненужную вещь. Отчего мы так озверели?
– Сначала надо разобраться: происходит это только сейчас или раньше тоже было, но просто не предавалось широкой огласке? Если это явление стало массовым в наши дни, то государство должно направить все силы на его изучение. Но я не исключаю, что это очередная массированная атака на нашу психику. В позапрошлом году, например, много писали о суицидах, теперь такой информации стало меньше. Когда ЭКО только-только появилось, то из-за обилия информации казалось, что весь мир страдает бесплодием.
А, может, в мире действительно теряется гармония? Раньше на половые связи до замужества было табу. Это внушалось девочке с малых лет. Сейчас, подражая Западу, к этому стали относиться легко, а с другой стороны, с опаской – как бы не ранить психику, уж слишком нынешние дети ранимые. Итог – в нашей стране средний возраст вступления в половые связи у мальчиков 14,5, у девочек – 15,5. Отсюда – нежелательные беременности.
Когда стали разбираться, то выяснилось: ни в школах, ни тем более в детсадах не проводятся уроки здоровья. Есть такой предмет – самопознание, но он о духовной сфере человеческой жизни. А телесная вроде как должна решаться сама по себе. Возможно, те девочки, которые выкидывают своих младенцев в мусорные баки, даже и не знают, откуда берутся дети: мамы не говорили, учителя – тем более. На половую связь, насмотревшись грязных порнографических сцен в Интернете, идут на уровне инстинктов. Нечаянно забеременев, к еще нерожденному ребенку испытывают отвращение. Да и семейное воспитание – «Позор!» – тоже толкает на преступления против новорожденных.
Я не могу смотреть спокойно на плакат, где изображена молоденькая беременная женщина. В ее голове лихорадочно стучит: «Меня мама убьет!» Нерожденный еще ребенок, сжимаясь у нее в животе в комочек, тоже беззвучно кричит: «Меня мама убьет!» Если бы такой социальной рекламы было больше, может быть, и убийств невинных младенцев и абортов было бы меньше?
– В Сети пишут, что ЭКО чревато онкологией. Вы слышали, наверное, ситуацию с певицей Жанной Фриске?
– Очень жаль, что человек ушел из жизни так рано. Но нельзя однозначно утверждать, что именно ЭКО спровоцировало онкологическую болезнь. В наш век так много стимуляторов этого процесса: стрессы, образ жизни, химические и радиационные факторы, воздух, вода, еда... Возможно, и без ЭКО у нее проявилась бы эта болезнь. Недавно читала рассуждения профессора-биолога из США, бывшего нашего соотечественника Доса Сарбасова. Он говорит о том, что последние 20 лет рак «помолодел». И что это не случайно совпало с приемом различных витаминов и биодобавок, стимулирующих рост и хороших, и плохих клеток. Как говорил средневековый философ, врач Парацельс, все есть яд и все есть лекарство, только дело в дозе. Да, в ЭКО тоже используются гормональные стимуляторы для быстрого наступления беременности. Но если бы оно реально представляло такую угрозу здоровью человека, то этот метод навряд ли получил бы такую известность. Отследив физическое и психическое здоровье почти 5 млн детей, рожденных этим методом, научный мир высоко оценил вклад ЭКО в развитие человечества: в 2010 году, через 32 года после рождения первого ребенка «из пробирки», «отец» ЭКО физиолог Роберт Эдвардс был удостоен Нобелевской премии.

Мне 50: требую двойню!
– Говорят, среди обращающихся к вам стало много женщин в возрасте.
– Да, да! Появилось даже такое понятие, как социальное бесплодие, когда замужество, беременность и материнство долгое время не планируются. Приходя к нам лет в 40, женщины думают: раз они выглядят суперпотрясающе благодаря заработанным к этому времени деньгам, то и внутренние органы пребывают в таком же состоянии. Увы, нет! Яйцеклетки имеют тот же возраст, какой зафиксирован у женщины в паспорте, их зачатки заложены еще в утробе матери. Хотим этого или не хотим, мы вынуждены считаться с природой.
Вот пример. Приехала ко мне однажды из Астаны женщина 48 лет. Не вышла вовремя замуж, теперь появился партнер, и она захотела теперь ребенка от него. Но она уже два года как в климаксе, то есть яйцеклеток уже нет. Один доктор объяснил ей это – не верит. Второй – результат тот же. Пригласили на подмогу меня.
– Но на Украине родила 64-летняя женщина!
– Там были донорские яйцеклетки. Этой женщине наши доктора пытались предложить то же самое. «Но я же молода!» – настаивала она. Слов нет, она в самом деле выглядела чуть за 35, но, извините, процесс старения организма необратим.
К счастью, наука идет вперед. Сейчас убирают из донорской яйцеклетки ядро и пересаживают туда ядро с соматической клетки женщины за 40. Таким образом, энергетическая масса молодой женщины получает генетический код очень взрослой женщины. В науке это называется нуклеотрансфер – пересадка ядра.
Есть еще возможность пересадить митохондрии яйцеклетки молодой женщины в яйцеклетку взрослой женщины. Говоря проще, женщина, потерявшая биологические возможности, может родить ребенка благодаря энергетической субстанции молодой женщины.
Так вот, возвращаясь к той пациентке. Она сейчас на стадии подготовки к ЭКО. Хочет двойню. Я пытаюсь убедить ее, что в идеале женская матка предназначена для вынашивания только одного ребенка.
В основном бесплодие мы приобретаем сами, это результат нашей глупости и легкомыслия. Человек ведь и биологическое, и социальное существо. Так вот, последнее стало слишком преобладать. Мы стали слишком «умные». Думаем, что молодость проживем в свое удовольствие, а потом, когда-нибудь, когда нагуляемся, натешимся, сделаем карьеру, медицина нас спасет за наши большие деньги.
На одной из международных конференций по репродуктивному здоровью человека коллега-американец закончил свой доклад картиной на экране. Женщина обращается к Богу со словами: «О, Боже! Прости! Я забыла родить ребенка!» Это говорит о том, что наше социальное «я» губит наше биологическое естество. А оно все-таки изначальнее и важнее. Мы произошли на свет для того, чтобы продолжить человеческий род. Когда об этом забываешь, природа жестоко мстит.
P.S. По последним сведениям, в Казахстане благодаря методу ЭКО увидело свет примерно 15 тысяч детей, из них около 6 тысяч – в клинике «ЭКОмед».
Разия ЮСУПОВА