С поправкой на доработку

Рухани Жаңғыру

4 001Представленный в Парламенте проект перехода казахского алфавита на латиницу активно обсуждается в обществе. Поэт, лауреат Государственной премии РК, заслуженный деятель РК, главный редактор литературного журнала «Жулдыз» Улугбек Есдаулетов анализирует предложенный вариант алфавита и его возможности дальнейшего развития казахского языка и национальной культуры в целом.

-Улугбек Оразбаевич, на чем основано ваше мнение?
– Убежден, что переход на латиницу позволит нам расширить вхождение в мировое информационное пространство. Сейчас весь мир идет к упрощению языков. Можно будет писать на казахском языке на любом гаджете из любой точки мира, осваивать западные языки благодаря общей латинской графике.
Сегодня уже никого не удивишь обозначениями брендов, населенных пунктов, написанными на английском языке. К этому народ у нас привык и понимает значение слов. 80 процентов информации в мире публикуется с применением латинской графики. Переход на нее позволит нашей молодежи мобильнее усваивать новые языки, в том числе английский. При этом переход должен стать безболезненным. А предложенный вариант, на мой взгляд, кроме экономической выгоды, ничем не интересен, более того, он чреват последствиями. Дело в том, что в казахском языке есть свои специфические звуки, изображения которых в новой графике исключаются. В итоге искажается смысловая составляющая. И в этом плане я полностью согласен с лингвистом Института языкознания имени Ахмета Байтурсынова Назирой Амиржановой, которая говорит, что алфавит нужно делать так, чтобы его могло освоить сознание детей в возрасте 5–7 лет. Ведь алфавит мы делаем прежде всего для тех, кто изучает язык. Значит, он должен быть простым и доступным для восприятия. Алфавит должен подчиняться системе языковых норм, к которым относятся орфографические, орфоэпические, фонетические, грамматические и другие законы языка. Как будет решаться проблема заглавной буквы? В казахском языке буквы ә, ө, ү занимают начальную позицию в слове. Выходит, ае мы будем писать как АЕ или все-таки Ае? Предлагаемый алфавит окажет влияние на морфологическое разделение языка. Окажется сложным деление слов на слоги и перенос самих слов. Также будет затруднено однотипное написание различных слов. Например: түнгі – tuengi (читается туеңі). Это следствие того, что создание алфавита исходит не из принципа «одна буква – один звук», а для удобства работы на компьютере.
В предлагаемом варианте из 25 букв не сохранены языковые и коммуникативные нормы. Казахское слово удлиняется на 30–40 процентов, например «жангыру» будем писать «zhangghyrw».
Поэтому в обществе сегодня так много споров. Язык хотят подогнать к компьютеру искусственно, отчего ущемляются культура, богатство, колорит языка. И это только недостатки, лежащие на поверхности, а сколько еще нюансов скрывается за ними.
Разработчики казахского алфавита на основе латиницы ограничились 25 буквами. По их словам, при создании проекта алфавита учитывалась звуковая система казахского языка. И для ее полноценного обеспечения было включено восемь диграфов, обозначающих специфические звуки. К примеру, написание согласной буквы «Ғ» на латинице будет выглядеть, как «Gh» – (джи эйч), «Чы» – «Сh» (Си Эйч), «Шы» – «Sh» (эс эйч) «Жы» – «Zh» (зи эйч). По их мнению, именно введение диграфов – сочетания двух букв, произносимых как один звук, а не диакритических знаков – специальных значков, позволяющих различать похожие буквы, – сохранит природу звуков. Гласные мягкие тоже будут обозначаться диграфами. Звук «е» в сочетании с твердыми гласными «а», «о», «u» дает звуки «ә», «ө», «ү». Правописание специфического звука «ң» будет, как в английском языке, – «ng» (эн джи).
При этом они не учли смысловую составляющую. Например, без буквы «ә» у нас не получится слова «песня» – «ән». Если заменить эту букву на «а» – получится «ан» – это сильный акцент, очень грубый. Вместо «песни» мы получаем «зверь», что искажает смысл слова. Или слово «мода» – «сән» в предлагаемом варианте будет звучать «сан» – «ляжка». А казахские фамилии, например, при латинской транскрипции Zhabaev, Obaev, Orazbaev и другие, ученики будут читать Жабәв, Обәв, Оразбәв. Подобных примеров много. Даже Президент страны Нурсултан Назарбаев обратил внимание на нецензурную транскрипцию казахского слова «морковь» – «saebiz». Вот почему в таком виде предлагаемый алфавит принимать нельзя. По меньшей мере его требуется тщательно доработать.
К примеру, если букву «ә» не хотят обозначить точками, надточками, кумулятами (графическое изображение статистического ряда накопленных данных, полученной информации), тогда ее нужно прямо так и принимать. Благо «Майкрософт» может любой знак создать, это же всего-навсего графика, большого труда не составит, если даже иероглифы создают. Многие об этом не думают. А ведь все это у немцев есть, у турков. Недавно я был в Чехии, в Баварии, Вене, смотрел их алфавиты, думая о том, как мы будем переходить на латиницу. Так вот, и у них алфавиты максимально адаптированы к языку. Если есть в мире готовые наработки, почему бы их не перенять? Зачем создавать велосипед и набивать шишки, когда существует мировой опыт?
– Известно как минимум о трех разработанных вариантах алфавита с латинской графикой. Вам лично какой из них больше импонирует?
– Я поддерживаю проект алфавита Института языкознания им. Байтурсынова АН РК, который предлагает вариант из 32 букв. Не пойму, почему сначала институту поручают заняться разработкой нового алфавита, а потом игнорируют доводы ученых, лингвистов, академиков, языковедов, филологов, целого штата профессионалов и проект остается в стороне. Думаю, нужно вернуться к рассмотрению их образца.
Специалисты напоминают о правилах правописания коренных слов и неологизмов. С употреблением двойных букв правила правописания увеличатся в два раза. Например, буква «Ң» обозначается «NG». А это значит, что появится масса дополнительных правил. Усложнится орфография. Как писать неологизмы, какие механизмы будут использованы при этом? Словом, очень много трудностей создает предложенный в Парламенте проект латинского алфавита. А мы, наоборот, должны были упростить алфавит. Чем меньше законов орфографии, тем больше упрощается правописание. Чем сложнее алфавит, тем сложнее будут правила правописания.
В конце концов, если алфавит будет неправильным и сложным, нарушится вся языковая система, на нем будет сложно читать, писать и говорить, что рано или поздно приведет к его отторжению самим обществом. Язык перестанут использовать, и через какое-то время он умрет.
– Ваши оппоненты считают предложенный вариант алфавита простым и легким. Директор Республиканского координационно-методического центра развития языков Ербол Тлешов, например, сказал, что алфавит составлен с учетом языковой системы казахского языка. Путем использования диграфов сохраняются специфические буквы. При этом взяты только исконные знаки латинского алфавита.
– Позволю себе не согласиться с этим мнением. Предлагаемый алфавит очень тяжелый, скажу вам как человек пишущий, на себе испробовал. Даже ученые-лингвисты говорят, что основные трудности заключаются в том, что не учтены принципы составления алфавита, лингвистики, самое главное – закон сингармонизма. Принцип при разработке алфавита – это «одна буква – один звук». «Ә» должен оставаться «Ә», «Ө» – быть «Ө». Если этого не будет, мы их просто потеряем. Что касается диграфов, то, например, слово «окрестность» – «өңір» из четырех символов трансформируется сразу в шесть. Сейчас в казахском алфавите 42 буквы. Мы хотели его облегчить, а получается, наоборот, нагромождаем.
Поэтому презентация разработчиков вызвала недоумение среди писателей и ученых. Филологи на сей счет высказывают мнение о том, что этот вариант нуждается в тщательной доработке, так как сама система письма вызывает определенные сложности даже у специалистов. Целью перехода на латиницу было духовное возрождение, избавление от лишних, «нерабочих» букв в казахском языке, создание национального алфавита путем исправления и усовершенствования правил языка. Но в предложенном варианте латиницы добиться этого крайне сложно. В новом алфавите вычеркнуты исконно казахские звуки, что приведет к ущемлению языка.
По просьбе Ассамблеи народа Казахстана недавно мы провели три встречи в Жамбылской области, куда пригласили представителей творческой интеллигенции. Тогда еще народ не был готов к обсуждению данного вопроса. Некоторые мои коллеги-писатели переживали, что будет с их прежними трудами, они так и останутся на кириллице? Чтобы их заново набрать, напечатать, нужны огромные деньги, большие затраты. Так стоит ли тогда вообще поддерживать переход на латиницу? Мы им разъяснили, что от перехода на новый алфавит национальная культура и литература только расширят свои горизонты. Издания будут переведены в электронный формат и конвертированы на латиницу. Сейчас, когда мы вплотную занялись этим вопросом, я наблюдаю в социальных сетях жаркую дискуссию. Одни предлагают перейти на рунический алфавит, другие вообще выступают против каких-либо изменений. Но в большинстве своем люди поддерживают переход на латинскую графику, при этом просят не исключать такие казахские буквы, как ә, ө, і, ң, ұ, ү, қ, без которых предложенный из 25 букв куцый алфавит просто не приемлют.
Наш Президент предостерегает от поспешности, чтобы прийти к общему пониманию, необходимо открыто обсуждать, скрупулезно изучать этот вопрос. Только в этом случае мы получим полноценный алфавит, основанный на латинской графике, при этом сохраним национальный колорит в богатом наследии казахского языка.

4 003

 

Проект института языкознания АН РК имени Байтурсынова

 

 

 

4 002

Проект, предложенный на рассмотрение в Парламенте РК

Виктория ИЗБИЦКАЯ