Стрела времени из 90-х

Станут ли называть Казахстан центральноазиатским Массачусетсом или Сингапуром и попадет ли он в список стран, переживших феномен стремительного роста, знать пока не дано. Однако доцент UIB, кандидат экономических наук Гульнара АННАКУЛИЕВА уверена, что именно сейчас происходят те события, которые, возможно, получат в свое время название казах­станского экономи­ческого чуда.

5 01


-Текст «100 кон­кретных шагов» буквально наполовину состоит из экономического блока. На что это указывает: на безусловную приоритетность данной сферы, на необходимость исправлять системные ошибки в управлении экономикой или что-то еще?
– И то, и другое одновременно. Это был изначальный посыл: План нации закладывает коренные преобразования с целью лечения системных заболеваний, а не сглаживания их внешних симптомов. А дальше по простой формуле: индустриальное развитие ведет к увеличению ВВП, что в свою очередь позволяет успешнее решать социальные и все другие значимые для общества проблемы.
– Но при всей детальности «100 шагов» очевидно, что документ этот не смог бы включить абсолютно все положения запланированного реформирования нацио­нальной экономики. Чем, по-вашему, стоило бы дополнить программу в части индустриально-экономического развития?
– Вопрос не стоит о том, что «100 шагам» чего-то недостает. Это действительно фундаментальный, стратегический документ. Функции реализации его положений содержатся, как обычно, в дополнительных законодательных актах. И, как известно, в начале года в поддержку проекта пяти институциональных реформ в силу вступило 59 новых государственных законов. Но я вот на чем хотела бы остановиться. 64-й шаг в блоке экономической реформы, как мне представляется, требует разработки закона о коммерциализации результатов научно-технической деятельности. Что это значит? Мы должны иметь четкие механизмы финансирования работ по внедрению инноваций в производство. Более того, нам нужна такая система научных грантов, которая была бы полностью сориентирована на интересы программы индустриально-инновационного развития. Во-первых, это направит науку на решение конкретных и самых актуальных проблем экономики и производства, во-вторых, обеспечит автоматический, безконкурсный доступ любого изобретателя к грантам национальных фондов.
Другой закон – «О приоритетах» позволил бы финансировать на приоритетных началах так называемые «задельные», или «предпусковые», отрасли и деятельность бизнес-научных сфер, проекты и исследования которых близки к завершению и находятся на стадии производства опытных образцов.
– В этом примере мы говорим о поддержке несырьевого сектора экономики, на который в нынешней ситуации так много надежд?
– Именно так. Если признанные приоритетными виды производственной деятельности получат зеленый свет, это даст ускорение развитию всему обрабатывающему сектору экономики. А выход на мировой рынок казахстанской продукции, произведенной на основе собственных ноу-хау, прямо отразится на росте ВВП и потянет за собой развитие остальных, неприоритетных отраслей. Об этом мы с вами уже говорили выше. Несомненно и то, что внедрение на законодательном уровне понятия о приоритетах в экономике отразится и на совершенствовании системы образования. Для молодых людей станут привлекательными те специальности, приобретение которых будет гарантировать в первую очередь достойную стипендию, а затем и трудоустройство на предприятиях, поставляющих на мировые рынки товары отечественных ноу-хау.
– Какие положения экономического блока Плана нации и почему можно назвать действительно реформаторскими: возможно, заявление о выводе на рынок сельхозземель, новая инвестиционная и ресурсная политика или переход на всеобщее декларирование доходов?
– Декларирование доходов граждан, несомненно, модернизационная мера. Хотя разговоры о введении этой процедуры ведутся давно, оно постоянно откладывалось. А ведь это действительно наиважнейшее условие прозрачности государственного управления. Ведь кроме очевидного достижения всеобщего декларирования – борьбы с коррупцией и теневыми доходами, в нем заложен ценнейший информационный ресурс. Экономика – наука точная, она оперирует объективными данными и сравнивает только сопоставимые величины. Мы же вынуждены пользоваться довольно условными сведениями, потому что не знаем с достаточной достоверностью, кто и какие доходы имеет в этой стране. Мы можем только предполагать, сколько у нас в государстве малодоходных граждан, сколько миллионеров, каков средний класс. Нам, например, известно, что десять лет назад самые бедные казахстанцы, а их, как принято считать, 20 процентов населения, держали в руках примерно шесть процентов всех доходов в стране. Сейчас доля этих доходов выросла примерно до девяти процентов. Вывод напрашивается сам: государственная система защиты малоимущих слоев общества оправданна и верна, ее нужно поддерживать и развивать. А вот по тем же наблюдениям доходы людей среднего достатка из года в год сокращаются. Значит, меры поддержки малого и среднего бизнеса работают неэффективно, их нужно пересматривать и менять. Но только всеобщее декларирование даст точную и дифференцированную информацию о благосостоянии различных слоев населения и позволит строить государственную экономическую политику объективно и адресно. В итоге это должно привести к смягчению разрыва между богатыми и бедными гражданами.
– Что обещает реформа налоговой и таможенной систем и что может оказаться наиболее сложным в ее реализации?
– В экономике все связано на системном уровне и нельзя подходить к какой-то ее части автономно. Поэтому общеэкономическая модернизация невозможна без реформы налоговой и таможенной систем. Успех этой реформы проявится в том, что предпринимателю станет невыгодно прятать доходы или недоплачивать налоги в бюджет. Нового подхода ждет, на мой взгляд, земельный налог. Это богатейший ресурс для Казахстана, во-первых, потому что территория – величина константная, во-вторых, она у нас огромная. Эффективное управление землей и стабильная собираемость земельного налога позволяют с высокой надежностью определять объем налоговых поступлений и строить бюджетную политику. Хотя в этом вопросе действительно могут возникнуть трудности. Вы же видите, сколько у нас обнесенных забором пустошей, заброшенных и бесхозных участков. А это неправильно – земля должна работать на благо народа.
– Какие перспективы стоят за созданием международного финансового центра «Астана»?
– Перспектива одна – Казахстан займет место в списке самых развитых стран мира. Когда мы слышим словосочетание «финансовый центр», на ум приходит Швейцария, где работают крупнейшие банки с огромными капиталами. Даже самый маленький банк имеет в обороте не меньше 200 миллиардов долларов, что сопоставимо с ВВП Казахстана. Здесь сосредоточение денежных ресурсов, а деньги, по поговорке, идут к деньгам. Кроме того, обязательная часть финансового центра – фондовая биржа, которая предоставляет доступ к мировому финансовому рынку. Для предпринимателей становится доступным вложение прибыли в доходные биржевые акции или продажа собственных акций для привлечения инвестиций. По сути, любой из нас сможет совершать те же операции, становясь оператором рыночной экономики. И начальный опыт в этом у казахстанцев есть благодаря программе «Народное IPO». Это первые шаги к появлению в нашей стране массового собственника, а в дальнейшем – росту среднего класса, на котором держится экономика высокоразвитых стран.
– В разделе «Индустриализация и экономический рост» оказалась и социальная составляющая: новый Трудовой кодекс, совершенствование системы профессионального образования, переход на страховую медицину… Это неслучайное соседство?
– Ни в коем случае. Ошибочно считать экономикой только фабрики, заводы, производство, на самом деле это жизнедеятельность человека от рождения до смерти. Мы же знаем, что дольше живут в экономически развитых странах и что человек успешнее трудится там, где ему обеспечены все страховые случаи – будь то нездоровье или получение образования. Социальные технологии – такая же часть экономической стратегии, как индустриализация или инновации.
– А вы могли бы представить себе «казахстанское экономическое чудо»?
– Конечно. Я даже могу его констатировать. В теории прогноза есть такое понятие, как стрела времени, то есть события будущего можно закладывать сегодня. В начале 90-х годов, когда баррель нефти стоил 10 долларов, в три раза меньше, чем сейчас, вводилась национальная валюта, стояли предприятия, рухнуло единое экономическое пространство, президент предложил программу «Болашак» и многих, мягко говоря, удивил. Но сейчас-то мы видим ее результаты – к управлению пришли руководители нового образца, и у них многое получается. В стратегии «Казахстан-2030» в числе основных приоритетов было названо создание профессионального государства, и тогда не все поняли, зачем это нужно. Но вот уже готов План нации, и Нурсултан Назарбаев заявляет, что именно государственные служащие – слуги народа должны стать его главными исполнителями и проводниками. В «100 конкретных шагах» названы те экономические и социальные тренды, работа по которым даст желаемый для каждого из нас результат. Такое предвидение я бы и назвала казахстанским чудом.
Людмила ГОРДЕЕВА
Коллаж Нурбола ОРЫСУЛЫ