Возращение исторической памяти

Алматы – центр сакральной географии Казахстана

NK9A5687

Глава государства Нурсултан Назарбаев не раз подчеркивал, что цивилизованность любого государства определяется прежде всего его отношением к культурному наследию. Бережное отношение к собственному культурному наследию и восприятие ценных элементов других культур – это магистральный путь развития человеческой цивилизации. Культурное наследие – это память.
В эти дни руководители мегаполиса приступили к практическому выполнению реализации президентской программы «Балашакка багдар рухани жангыру». Эта программа родилась не случайно и не на пустом месте. Исторический путь, пройденный народом, откладывается в его социальной памяти и формирует традиционные установки его культуры. История любой культуры есть история памяти, противоборствующей силе всепоглощающего времени. Ведь именно потеря исторической памяти ослепляла нас в недавние времена, когда целым поколениям были недоступны гуманистические ценности мировой цивилизации, да и достояния собственного народа. С обретением независимости Казахстаном пришла пора возрождения подлинной духовности, вхождения в русло исторической памяти, ценностей общечеловеческой цивилизации.
Боралдайские сакские курганы – есть в Алматы такой археологический парк музей-заповедник. Его территория вошла в состав спецпроекта президентской программы «Болашакка багдар: рухани жантыру». Это один из пяти исторических объектов, одна из точек Алматы, ставшая «Сакральной географией Казахстана». Именно так окрестили спецпроект ученые и в рамках вышеназванной программы приступили к его реализации.
Однако, прежде чем рассказать о Сакских курганах и планах, с ними связанными, напомним историю их возникновения на древней земле Алматы. И для этого обратимся к трудам Карла Байпакова – непререкаемого авторитета в области алматинской древней истории. Его монументальные научные изыскания раскрывают эпоху ранних кочевников, тысячи лет назад барражировавших степные просторы Жетысу. Вот что он пишет в книге «История Алматы» (печатаем в изложении редакции).

Откуда начались кочевники
На рубеже II – начала I тыс. до нашей эры на просторах Евразии происходит важное событие – становление кочевых форм скотоводческого хозяйства. Переход к новым формам скотоводства мог произойти только благодаря взаимодействию ряда факторов: изменению климатических условий, совершенствованию приемов ведения скотоводческого хозяйства, оформлению видового состава стада, оптимально приспособленного к условиям аридной (засушливой) зоны, новому уровню социальных отношений, связанному с возросшей имущественной и социальной дифференциацией. Скот в это время становится одной из форм накопления богатства, что создает стимул к увеличению стад и расширению обмена. Повсеместно распространяется колесно-упряжный транспорт; развивается коневодство; появляются удила, лошадь начинает активно использоваться для верховой езды.
Период развития кочевых обществ с момента его становления и до раннего средневековья (до V века до нашей эры) принято называть ранним железным веком, или «эпохой ранних кочевников». Крупный исследователь культуры кочевников СИ. Руденко ставит под сомнение массовый и быстрый процесс перехода населения Евразии от оседлой жизни к кочевой. «Чистые кочевники», которые находились в постоянном движении, были редким исключением, тогда как подавляющая часть скотоводов в той или иной степени была связана с оседлостью и земледелием. Интересно его замечание, что кочевание было привилегией «богатых и очень богатых скотоводов, имеющих большие стада скота, и прежде всего овец и лошадей».
Скорее всего, в первых веках I тысячелетия до нашей эры в евразийских степях произошел переход части населения к кочевому скотоводству и сформировались новые археологические культуры. При всем своеобразии каждой из них все они образуют некое единство, обусловленное рядом обстоятельств: 1) сходной средой обитания и, соответственно, одинаковым жизненным укладом; 2) мобильностью, способствующей установлению культурных контактов с отдаленными территориями; 3) близким уровнем социально-экономического развития; 4) общей генетической подосновой, восходящей в евразийских степях к срубно-андроновскому пласту. Однако существующее между культурами сходство маркируется несколькими неравнозначными терминами: «скифо-сибирское единство», «скифо-сибирская общность», «скифский мир».
Именно в бронзовом веке в степях Евразии стал распространяться европеоидный антропологический тип населения, который господствует в культурах скифского времени. Наиболее ярко общность культур евразийских кочевников, расселившихся от Дуная до Монголии, проявилась в существовании у этих племен так называемой скифской триады.

Сака или саки?
В I тысячелетии до нашей эры на территории Ближнего и Среднего Востока, Средней Азии сформировались государства Ассирия и Мидия. В VI в. до н.э. на смену Мидийской державе приходит государство Ахеменидов.
В Бехистунской надписи, высеченной по приказу царя Дария I, говорится, что в состав Ахеменидского государства (в промежутке 530–522 гг. до н.э.) входили Парфия, Хорезм, Бактрия, Согдиана, Сака – народы, которые жили на территории Средней Азии и Казахстана. Кто же такие сака или саки?
Севернее бактрийцев, согдианцев и хорезмийцев в степных просторах Казахстана, согласно древним источникам, в частности «Авесте», обитали кочевые «туры с быстрыми конями». Туры в персидских источниках именуются саками, что значит «могучие мужи», а в сочинениях греческих авторов они фигурируют под названием «скифы».
Под скифами и саками греки и персы подразумевали многочисленные союзы родственных племен. Китайские источники называли саков «сэ».
Указать определенные территории этих племен очень сложно, поскольку точных географических привязок древние авторы не дают. Анализируя письменные источники и археологический материал, известный археолог К.А. Акишев исходил из того, что сакам-тиграхауда иранских письменных источников соответствуют скифы ортокарибантии греческих авторов, поскольку оба слова означают «острошапочные». И тех, и других ученый помещал на территории Жетысу, где открыты и изучены многочисленные памятники сакской культуры. В первую очередь это, безусловно, Боралдайские сакские курганы. Но особую роль следует отвести кургану Иссык, в котором было обнаружено и исследовано захоронение «царя» в остроконечном головном уборе, украшенном золотыми стрелами. (И об этом сакральном памятнике мы расскажем в одной из будущих статей.)
Казахстан имел свою специфику в развитии кочевых и полукочевых народов раннего железного века. Своеобразие определялось соседством и активным взаимодействием кочевников с оседло-земледельческим населением. Близость Китая, Ахеменидской державы, Парфии, от Бактрии, Согда, Кушанского государств, в создании которых принимали участие и кочевые племена, не могла не отразиться на материальной и духовной культуре саков Казахстана. В Жетысу-Семиречье, где расстояние от гор до степей через «зоны жизни» было всего 100–200 км в радиус кочевания, что позволяло долго задерживаться на одном месте, скотоводство сочеталось с земледелием, а степь и город дополняли друг друга.
Уже в эпоху поздней бронзы определились, а в эпоху саков окончательно закрепились места зимних и летних пастбищ, сезонной и постоянной оседлости. Кочевые и оседлые сообщества кочевников Же­тысу стали формиро­вать единую экономическую, а нередко и политическую структуру.

Достояние республики
В городском Уп­рав­ле­нии культуры нам сообщили: в этом году был проведен конкурс на разработку эскизного проекта реконструкции, а вернее, введения в новый формат работы археологического комплекса «Боралдайские сакские курганы». Лучший проект оказался у организации «Казпроектреставрация», которой и предстоит реализовывать его в ближайшем будущем.
Оговорена концепция деятельности будущего музея под открытым небом; определены охранные зоны. Их три: запрет строительства, регулируемая застройка и природно-ландшафтная зоны. Почему так скрупулезно отнеслись к территории? Потому что до сих пор на ней нет-нет да кто-то и пытался построить свой личный сарай. Теперь священная земля саков защищена законом. На ней для людей, занятых научной деятельностью, построят лабораторию, сюда переедет Центр реставрации нашего прославленного ученого Крыма Алтынбекова, начнут принимать туристов экспозиционные залы, начиненные интерактивными экранами и артефактами. Предположительно работы по созданию музея под открытым небом и воссозданию ландшафтной природной зоны сакского периода продлятся 2–3 года. По завершении их Боралдайские сакские курганы вполне могут рассчитывать на занесение в Список культурного наследия ЮНЕСКО.

 

Scan

Бурундайский некрополь – это памятник раннего железного века на территории Алматы. Он расположен на северо-западной окраине мегаполиса, на высоком левом берегу Большой Апматинки

Протяженность могильника 3 км, ширина 800 м. Северная часть некрополя уничтожена карьером кирпичного завода. На юге могильник простирается до Большого Алматинского канала.
Большая часть некрополя сохранена от застройки, агропланировок и разрушений. Это обусловлено тем, что почти со всех сторон памятник окружен оврагами и руслом Б. Алматинки и труднодоступен. На памятнике никогда не проводились археологические раскопки, но предварительно могильник датируется VIII–III вв. до н.э.
Некрополь – комплекс захоронений сакских правителей и военачальников – состоит из 47 курганов.
Курганы расположены цепочками вдоль русла реки и имеют оплывшие воронки – свидетельства грабительских раскопок. Самый большой курган высотой 14 м, диаметром 100 м находится в центре некрополя. Есть несколько курганов высотой 5–6 м, диаметром 60–80 м.
Средние курганы имеют высоту 3 м, диаметр 30–40 м, малые курганы – соответственно 1–1,5 м и 10–20 м.
Могильник Шанырак расположен на территории микрорайона Шанырак. В нем три кургана, каждый представляет земляную насыпь высотой до 3 м, диаметром до 40 м. В древности высота курганов, судя по оплыву насыпи, была выше примерно на 4–5 м. К сожалению, археологи, как правило, имеют дело с ограбленными курганами. В раскопках сохраняются лишь отдельные предметы украшений, посуда, разбросанные кости скелетов.
Не были исключением и курганы Шанырака.
И все же в ходе работ удалось получить дополнительный материал по погребальной конструкции курганов. Курган № 1 имел каменное кольцо диаметром 30 м, высотой 2,5 м. В юго-западной части кургана расположена каменная выкладка, являющаяся, скорее всего, ритуальным сооружением. Погребение было совершено в могильной яме прямоугольной формы, ориентированной по линии с запада на восток на глубине 0,85 м. К северной стенке подведен дромос (коридор), прослеженный на расстоянии почти 2 м.
Диаметр кургана № 2 достигал 32 м, высота 2,97 м. Могильная яма после вскрытия представляла собой прямоугольную в плане форму размером 2,90 x 3,05 м, глубиной 0,67 м. От центра северного края могильной ямы в северо-восточном направлении шел коридор (дромос). Ширина дромоса 0,65–0,70 м, длина 11 м. Интересны конструктивные особенности кургана. Вокруг края могильной ямы зафиксированы фраг­менты конструкции надмогильного сооружения из глины шириной у основания до 1,5 м, в диаметре 6,0–6,5 м. Поверх конструкции насыпь из земли, в свою очередь выложенная каменным панцирем, диаметр которого у основания составил 28 м. Перекрытие могильной ямы, судя по остаткам, было деревянным.
В насыпи кургана № 3 удалось также проследить отдельные фрагменты конструкции надмогильного сооружения из глины, возведенного на погребенной почве вокруг края могильной ямы. Погребения совершены в центральной части кургана в грунтовой могильной яме длиной до 3,5 м, шириной до 3 м, глубиной 1,5 м. Устройство могильной ямы включало выкладку пола речной галькой, обкладку стен деревом. При раскопках найдены ромбовидные, прямоугольные, круглые нашивные бляшки (18 шт.) из листового золота, бусы, сильно коррозированный железный гребешок, изготовленная из песчаника курильница, фрагменты железных гвоздей. От керамических сосудов сохранились лишь обломки, по которым можно судить об их форме и назначении. Это неглубокие чаши полусферической формы и котло­образные сосуды.
Интересными являются обнаруженные в одном из погребений бронзовые позолоченные шпильки (8 шт.), служившие для закрепления прически. Все булавки длиной 10–16 см с шаровидной гофрированной головкой и круглым в сечении стержнем.
В целом исследованные курганы по наличию общих характерных признаков укладываются в хронологические рамки III–II вв. до н.э. и связываются с эпохой Усунь.
Материал подготовил
Василий ШУПЕЙКИН