Залог общественного прогресса

Эра становления: шаги к независимости

6 7 01111

В октябре 1991 года Казахстан отметил первую годовщину со дня провозглашения Декларации о государственном суверенитете республики. Этому событию были посвящены торжественные собрания и встречи общественности в областных центрах и столице.

Исторический документ был принят в Алма-Ате Верховным Советом КазССР в октябре 1990 года. Его решению предшествовало широкое обсуждение опубликованного в республиканской печати проекта декларации на собраниях трудовых коллективов, в СМИ, на митингах общественных организаций. 16 октября 1990 года, на второй день работы своей очередной сессии, ВС республики создал комиссию по обобщению замечаний и доработке проекта, которую возглавил один из его авторов – фронтовик, доктор юридических наук, академик Салык Зиманов.
Он доложил итоги работы комиссии 25 октября 1990 года пленарному заседанию ВС с участием Нурсултана Назарбаева, обратившегося к депутатам с предложениями о масштабной реформе государственной власти. После шестичасового постатейного обсуждения Декларация о государственном суверенитете Казахской ССР была принята.
Она гласила, что единственным носителем суверенитета и источником государственной власти в республике является народ Казахстана, а отношения между СССР и КазССР отныне строятся на договорной основе. При этом республика самостоятельно решает вопросы административно-территориального устройства, политического, экономического, социального и культурно-национального строительства, вправе приостанавливать на своей территории действие союзных законов, противоречащих республиканским, а также обеспечивает многообразие, равенство и защиту разных форм собственности.

Народ мудрее новоявленных пророков
«Исполнился год со времени принятия по воле народа документа, который открывает новую страницу в истории Казахстана, – отмечал на торжественном собрании в Алма-Ате по случаю первой годовщины декларации Нурсултан Назарбаев. – Декларация о государственном суверенитете республики положила начало процессу обретения ею реальной независимости и самостоятельности. Говорю «реальной» потому, что в рамках и ныне существующей Конституции наша республика, как и другие республики Союза, в течение десятков лет статус суверенитета имела только на словах».
Как указывал глава республики, монопольное господство центра распространялось не только на основные сферы – экономику, политику и распределение финансов, но и на использование в республиках природных и трудовых ресурсов, подготовку кадров, на ведение дел властями даже малых городов и сельских районов. При таком диктате рассуждения о суверенитете субъектов Союза с высоких советских трибун были не более чем красивыми фразами.
«Идеи перестройки, направленной на ускоренное развитие демократических процессов, повышение национального самосознания народов, позволили нам определить стратегию и тактику движения к истинному суверенитету, – говорил Назарбаев. – Когда мы начали эту работу, у нас не было местнических устремлений, намерения заменить диктат центра местным диктатом, что хотели приписать нам приверженцы командно-административной системы. Единственной целью борьбы за суверенитет было обеспечение полнокровного развития политической, социальной и духовной жизни народа Казахстана, создание достойных условий жизни гражданам республики.
Этот курс не мог не найти поддержку со стороны масс трудящихся. Вы помните, наверное, как люди разных возрастов, национальностей, профессий, социальных слоев с глубочайшей заинтересованностью, страстностью обсуждали проект декларации. Всенародная поддержка идеи суверенитета республики, участие всего народа в подготовке окончательного текста этого исторического документа и позволили принять его.
В Декларации о государственном суверенитете Казахской ССР наглядно проявились стремления народа республики к обретению права на свою родную землю, на свой родной язык, на свои культуру и традиции, на решение своей судьбы, нашли отражение его сила и воля. И по-другому не могло быть, ибо каждый народ имеет право на создание своей самостоятельной государственности.
(...) А ведь мы помним, какое сопротивление со стороны центра вызвал проект нашей декларации, как, впрочем, и закон о языках. Каких только обвинений, упреков и самых мрачных предсказаний мы тогда не уcлышали! Руководство бывшего Верховного Совета СССР всячески тормозило принятие этих документов, сознательно нагнетало обстановку, пытаясь оказать нажим на республику, дестабилизировать межнациональные отношения. Но время и сама жизнь доказали нашу правоту.
Многонациональный народ Казахстана оказался мудрее новоявленных пророков, заботившихся отнюдь не о его насущных нуждах, а о сохранении собственной тоталитарной власти. Люди поняли, что и закон о языках, и Декларация о государственном суверенитете защищают интересы всех без исключения казахстанцев, открывают путь к подлинному равноправию, свободе и самостоятельности. (...)
Сегодня, когда мы отмечаем первую годовщину Дня Республики – дня нашего суверенитета, правомерно задать вопрос: что же сделано для наполнения его конкретным, реальным содержанием?»

Путь, не усыпанный лепестками роз
«Если говорить о главном, республика окончательно порвала с командно-административной системой, отказалась от беспрекословного подчинения воле центра, – характеризовал суть прожитого года Нурсултан Назарбаев. – Даже находясь под прессом совершенно непредсказуемого, стихийного развития процессов как в социально-экономической, так и общественно-политической жизни страны, несмотря на конфликты политиков, непоследовательность в проведении реформ, Казахстан настойчиво проводил собственную линию, отвечающую интересам его народа».
Один из главных ее аспектов – взятый Казахстаном курс на рыночную экономику. «Долгое время мы путались в сетях крепко вбитых в наши головы идеологических догм и бессмысленных фраз типа «социализм с человеческим лицом», – признавал Президент. – Какие бы радикальные законы ни принимались, какие бы перспективные программы перехода к рынку ни разрабатывались, партийные структуры, видевшие главную свою задачу в сохранении так называемой идейной чистоты, молчаливо сопротивлялись, становясь тормозом позитивных перемен.
Могло ли это продолжаться бесконечно? Конечно же нет. Коммунистическая идеология, построенная на догматических постулатах, объективно не смогла выиграть исторический спор с иной системой общественного развития, убедительно доказавшей свою жизнеспособность».
Опираясь на Декларацию о государственном суверенитете, Казахстан вышел в лидеры среди республик СССР в разработке и внедрении экономических законов и других документов. Одним из первых среди них стала принятая в 1990 году «Программа стабилизации экономики и перехода к рыночным отношениям».
Она предусматривала приватизацию госсобственности и началась с жилья. По данным Госкомстата КазССР, к осени 1991 года в республике было продано более 60 тысяч квартир площадью свыше 3 миллионов квадратных метров на сумму около 140 миллионов рублей. Их заплатили лишь зажиточные граждане – в основном работники торговли и потребкооперации, партийно-советских и хозяйственных органов, новоявленные коммерсанты. А в дальнейшем жилье в собственность на безвозмездной основе получило подавляющее большинство населения республики.
Кроме того, за тот же период было приватизировано около 7 тысяч мелких объектов бытового обслуживания, которое в статусе государственного вызывало массу нареканий казахстанцев.
В 1990–1991 годах ВС республики принял целый пакет актов, создававших условия для отхода государства от мелочной опеки предприятий, развития предпринимательства, привлечения зарубежного капитала и в целом повышения самостоятельности республики и ее регионов. Это становилось возможным благодаря законам «О собственности в КазССР», «Об основных принципах внешнеэкономической деятельности КазССР», «О свободных экономических зонах в КазССР», «Об иностранных инвестициях в КазССР», «О совершенствовании государственной власти и управления», «О местном самоуправлении и местных Советах народных депутатов Казахской ССР».
В результате заметно изменилась государственная и хозяйственная структура республики. Ее Совмин был преобразован в Кабинет министров при Президенте, упразднены Госплан, Госагропром, Госстрой, Госснаб, Комитет народного контроля и прочие органы советского образца. Вместо них появились новые – Госкомитет по экономике, Антимонопольный комитет, Комитет по управлению государственным имуществом и другие структуры.
«Мы нашли в себе силы отказаться от косметического ремонта обветшалых партийных структур, освободиться от давления идеологического пресса, чтобы идти тем путем, которым идет весь цивилизованный мир, – оценивал сложности обретения суверенитета Президент. – Сделать это нелегко, и мы не скрываем, что переход к рынку не будет усыпан лепестками роз. Люди должны знать, что в переходный период нам, вполне вероятно, придется столкнуться с безработицей, ростом инфляции, неравномерным распределением доходов. Мы не имеем права вводить в заблуждение народ моментальными, излишне оптимистическими представлениями о возможностях рыночных механизмов в решении социальных вопросов, поскольку условия, в которых мы начинаем крутой экономический поворот, далеко не благоприятны».

Опрос «Вечерней Алма-Аты»
Как отмечал Президент, год после провозглашения декларации был преисполнен для Казахстана, как и в целом для Союза, лишениями и потрясениями. Одно из сильнейших последовало в январе 1991 года и вошло в народную память «павловской реформой» – по фамилии ее инициатора и последнего главы союзного правительства Валентина Павлова.
Как и предыдущие, та тоже последняя советская денежная новация напоминала слабо завуалированную конфискацию. Она началась без предупреждения с кратковременного – всего трехдневного – обмена максимум тысячи советскими 50– и 100-рублевками на аналогичную сумму купюрами нового образца и вызвала ажиотаж. А главной причиной скоропалительности была официально объявлена борьба с нетрудовыми доходами.
О том, как казахстанцы воспринимали реформу, дают представление ответы, полученные во время обмена банкнот корреспондентами «Вечерней Алма-Аты» С. Фельде и С. Шибекиным в оживленных местах города и опубликованные на страницах газеты 25 января 1991 года:
«Ирина (фамилию называть не пожелала) работает мастером на Алма-Атинской кондитерской фабрике: «У меня такое ощущение, что людям просто-напросто заморочили головы. Я не всегда понимаю политику нашего государства. А впрочем, моей персоны этот бум не касается. У меня на сегодняшний день в кошельке 10 рублей. Это все мои накопления. Так что проблема обмена крупных сумм передо мной не стоит».
Николай Александрович (инвалид 2-й группы) и Валентина Дмитриевна Чубыкины: «У нас денег нет. Менять, к сожалению, нечего. Думаем, что указ этот (Президента СССР Горбачева. –Прим. ред.) не совсем зряшное дело. Те, у кого мало финансов, накопленных честным трудом, в накладе не останутся. Дельцы и ворюги... Что ж, лично нам их не жалко: пусть теряют свои тысячи и миллионы. И если и переживаем за кого-то, то только за тех, кто по каким-то причинам не успеет обменять свои накопления...».
Л. П. Федорова – приехала в Алма-Ату из Усть-Каменогорска в командировку, экономист: «Мне кажется, что государство ищет врага в лице кооперативов и арендаторов. Пока сложно понять, насколько это справедливо. Ведь честные люди есть и среди кооператоров. Что касается собственных денег, то пыталась дозвониться до мужа домой, но пока не сумела. А он у меня почти круглосуточно работает, боюсь, не успеет. А вообще, я ко всему происходящему отношусь так: вряд ли хуже будет, чем есть».
С утра ходят слухи, что сегодня утром в одной из касс города кто-то обменял 15 тысяч (в начале 1991-го государственные цены новых автомобилей «Жигули», «Москвич» и «Волга» различных модификаций составляли в Союзе от 3,5 тысячи до 19,5 тысячи рублей. – Прим. ред.). Заплатил кассирам полторы тысячи. Что ж, каждый крутится как может. И потом: не пойман – не вор. А народ... Как будто уже привык. Это мы выяснили, встав в очередь за молоком в универсаме. Аккуратная бабуля с маленькой баночкой в руках говорит: «Деньги есть деньги. Хоть по пятьдесят, хоть трояками... Пусть Павлов их хоть по рублю меняет. Лишь бы наша десятка копейку не стала стоить».

Несмотря на скудный бюджет
Это и другие испытания 1990-1991 годов (тотальный товарный дефицит, разрыв хозяйственных связей, забастовки на предприятиях и многое другое) Казахстан переживал трудно, но с достоинством. О каких-либо существенных сдвигах в благосостоянии населения республики говорить пока не приходится, признавал в октябре 1991 года глава республики, но некоторые тенденции были заложены.
Несмотря на острый дефицит госбюджета, в республике были приняты законы о минимальной заработной плате и порядке индексации денежных доходов граждан. С апреля 1991 года в Казахстане была повышена зарплата работникам народного образования, здравоохранения, культуры. Первоочередное внимание уделялось защите малообеспеченных граждан, для чего были увеличены пособия многодетным семьям, одиноким матерям, детям-сиротам и инвалидам, а также пенсии по старости и инвалидности, стипендии студентам.
Кроме того, принятый республикой принципиально новый закон о занятости населения позволил начать добровольное страхование граждан в случае потери работы и выплату пособий первым легальным безработным, предложить им бесплатную профессиональную переподготовку.
«К решению продовольственной проблемы, опираясь на новые законы, все активнее подключается как сельское, так и городское население, – рассказывал Нурсултан Назарбаев участникам торжественного собрания. – Появились тысячи фермерских хозяйств, развиваются личные подворья. В 1991 году удалось выделить земельные участки под огороды более чем 800 тысячам семей, свыше 900 тысяч семей имеют дачи. Это позволило только в нынешнем году получить дополнительно 300 тысяч тонн картофеля и овощей».

Открывая дорогу талантам
В условиях суверенитета перед Казахстаном по-особому встали вопросы образования и здравоохранения. Долгие годы они финансировались по пресловутому остаточному принципу. В результате оба находились в плачевном состоянии, на исправление которого стране потребуется не один год.
Тем не менее уже в 1990-1991 годах в рамках реализации Закона «О языках в Казахской ССР» дополнительно к действующим открылось более 600 детских садов и 200 общеобразовательных школ с казахским языком воспитания и обучения. Всего же в республике работало осенью 1991 года около 3 тысяч таких школ. Было введено изучение как родных 15 языков: немецкого, корейского, дунганского, польского, греческого и других. Учеба на казахском языке была организована практически во всех вузах Казахстана.
Зарождались новые медицина и аптекарство. В 1991 году открылись научно-исследовательские институты урологии в Алма-Ате, радиационной медицины и экологии в Семипалатинске, ряд других госмедучреждений. Разворачивалась и сеть негосударственных диагностических и реабилитационных центров, клиник помощи инвалидам и детям, а также аптек.
«Пока вы не откроете дорогу талантам, вам не решить ни одной из ваших проблем», – цитировал Нурсултан Назарбаев на торжественном собрании по случаю первой годовщины Декларации о государственном суверенитете авторитета рыночной экономики, лауреата Нобелевской премии, американского ученого российского происхождения Василия Леонтьева. – И если мы, казахстанцы, всерьез намерены совершить переход от командной системы к рыночной, то должны учиться этому у тех, кто прошел этот путь, причем учить нашу талантливую молодежь».
С этой целью в республике был проведен конкурс, и, как сообщил Президент, первые группы молодых казахстанцев в ноябре 1991-го
отправятся на стажировку в США, Южную Корею и Турцию. «Думаю, эта работа будет с каждым годом расширяться», – предсказывал Нурсултан Назарбаев, прогноз которого впоследствии воплотился в государственную программу по подготовке кадров за рубежом «Болашак».
Активизировалось их обучение для перестройки экономики и непосредственно в республике. В 1991 году в 14 вузах Казахстана была организована подготовка специалистов по 18 новым программам, связанным с проблемами внутреннего и внешнего рынка.
Вскоре республика сама начнет приглашать к себе преподавателей из США и Западной Европы за счет учрежденного Фонда экономических и социальных реформ Казахстана. А в январе 1992-го указом Нурсултана Назарбаева в Алма-Ате будет основан Казахстанский институт менеджмента, экономики и прогнозирования (КИМЭП) – первая отечественная кузница кадров международного образца, принявшая студентов в сентябре того же года.

Историю вспять не повернуть
«Августовский переворот (его провальная попытка в Москве 19-21 августа 1991 года. – Прим. ред.) убедительно показал, насколько велик антагонизм между старым тоталитарным режимом, прежней идеологией и новыми демократическими устремлениями народа, – отмечал на торжественном собрании в Алма-Ате Нурсултан Назарбаев. – Бесславный конец пресловутого ГКЧП был закономерен. Никто уже не сможет повернуть историю вспять, вновь надеть тоталитарное ярмо на шею народу, вдохнувшему воздух свободы. (...)
Однако ни при каких обстоятельствах нельзя забывать, что абсолютной независимости не существует. Все мы, живущие в этом мире, зависим друг от друга, будь то политическая, экономическая, экологическая или любая другая сфера общественных отношений. Наш святой долг – сохранить традиционные дружеские связи со всеми республиками страны, особенно с Россией, доказавшей в тяжелые дни путча свою непоколебимую приверженность идеалам демократии».
К осени 1991 года Казахстан заключил договоры и соглашения о сотрудничестве с Россией, Украиной, Беларусью, Эстонией, Узбекистаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Туркменией и Азербайджаном и в соответствии с Декларацией о государственном суверенитете уже выступал субъектом международных отношений.
Свидетельствами самостоятельного выхода Казахстана на мировую арену стали в 1991 году встречи Нурсултана Назарбаева с президентами США, Турции и Южной Кореи – Джорджем Бушем-старшим, Тургутом Озалом и Ро Дэ У, премьер-министром Великобритании Джоном Мейджором и его предшественницей Маргарет Тэтчер, старшим министром Сингапура Ли Куан Ю, другими видными государственными и политическими деятелями.
Приоритет на этих встречах отдавался внешнеэкономическим связям. Их участниками к первой годовщине Декларации о государственном суверенитете были уже сотни отечественных предприятий и организаций. Кроме того, в республике действовали 35 СП и 16 внешнеэкономических ассоциаций, а также первый международный, совместный с безнесом Саудовской Аравии коммерческий банк Аль-Барака-Казахстан.
Конкретным шагом к возрождению Шелкового пути стал ввод в эксплуатацию железнодорожной магистрали между казахстанской и китайской станциями Дружба и Алашанькоу. А во время визита Нурсултана Назарбаева в сентябре 1991-го в Турцию были подписаны государственные соглашения о торгово-экономическом и научно-техническом сотрудничестве, достигнута договоренность о воздушном сообщении Алма-Ата – Стамбул, между представителями деловых кругов двух стран заключены контракты на 28 миллионов долларов.
«Хочу подчеркнуть, – говорил на собрании в честь годовщины декларации Нурсултан Назарбаев, – что решая вопросы, связанные с зарубежными инвестициями, мы стремились быть равноправными партнерами, настойчиво искали наиболее оптимальные, выгодные для республики варианты делового сотрудничества. (...) Для обеспечения самостоятельности во внешнеэкономической сфере нами приняты решения об образовании собственных валютного и алмазного фондов, золотого запаса республики. Изучаются вопросы, связанные с возможным введением казахстанской валюты».

Есть на что опереться
«Оглядываясь назад, убеждаешься, что сделано, пожалуй, немало, но процесс суверенизации, строительства нового, современного во всех отношениях государства еще только начинается, – предупреждал в октябре 1991 года Нурсултан Назарбаев. – Поэтому очень важно уже сегодня определить его основные контуры, так сказать, ту единственно верную генеральную линию, следуя которой мы сможем вывести Казахстан на столбовую дорогу мировой цивилизации.
В этой связи особо отмечу, что наше стремление к экономическому суверенитету ни в коей мере не отрицает принципов интеграции и единого экономического пространства. (...) Мы неизбежно придем к идее общего рынка, без реализации которой невозможно войти в русло современной цивилизации.
Скажу больше: объективная экономическая целесообразность заставит нас создать рынок открытого типа, предполагающий широкое, многовариантное привлечение в него западного предпринимательства. (...) Говорю это к тому, чтобы предостеречь некоторых ревнителей безграничного суверенитета от скоропалительных решений. Нельзя разрушать все до основания, чтобы затем вновь начинать проходить пройденное, тратить силы и время на изобретение велосипеда. (...) Хочу особо подчеркнуть, что я не являюсь сторонником «модного» в последнее время утверждения о том, будто осуществление радикальных экономических и демократических преобразований наиболее эффективно происходит в мононациональном государстве. Уверен, что специфика многонационального Казахстана имеет огромные преимущества. Дружба народов – не только наше главное и, пожалуй, самое уникальное достояние, но и наша вера, наша надежда.
Впереди нам предстоят еще более ответственные дела. И отрадно, что у нас есть теперь на что опереться. Суверенитет, который мы обрели на трудном пути перестройки, – это главный залог общественного прогресса, потому что свободные люди в свободном государстве могут оправданно надеяться на осуществление тех целей, к которым они стремятся».

6 7 02
Андрей ЖДАНОВ