Человек в авангарде: в этом году исполнилось 110 лет со дня рождения Павла Зальцмана

Человек в авангарде: в этом году исполнилось 110 лет со дня рождения Павла Зальцмана

В этом году исполнилось 110 лет со дня рождения заслуженного деятеля искусств Казахской ССР Павла Зальцмана.

Творческое дарование Павла Яковлевича Зальцмана было многогранным, он вошел в историю отечественного искусства как художник кино, соратник Шакена Айманова и как мастер станковой живописи, педагог, литератор. Искусствоведы называют Павла Зальцмана литератором в живописи и художником в литературе. Шакен Айманов говорил, что «декорации Зальцмана – это поэзия». Он был творцом с передовым мышлением, художником, в искусстве которого сочетались интеллект и фантазия. Именно такому творческому мышлению учил Зальцмана его наставник – один из самых известных представителей русского авангарда Павел Филонов: он развивал направление аналитического, интеллектуального осмысления образов.

Еще студийцем Павел Зальцман увлекся кино – сначала работал на подхвате у художников ленинградской киностудии, а потом, творчески возмужав, сам стал художником кино. В 30-х он работал на съемках кинофильмов братьев Васильевых («Личное дело»), Николая Береснева («Анненковщина»), Ильи Трауберга («Частный случай»), Адольфа Минкина («Лунный камень»), Эдуарда Иогансона («На отдыхе»), Рафаила и Юрия Музыкантов («За советскую Родину»), Александра Иванова («На границе»).

«Это было интересное время, – вспоминал Павел Зальцман. – Картины тех лет отличало новаторство: утверждалась новая концепция человека, ломались стереотипы немого кино, кинематографисты экспериментировали. Шли поиски новых ракурсов, освещения, внутренней динамики кадра, построений пространства».

На рубеже 40-х художнику представилась возможность побывать в нашем регионе – вместе с коллегами он совершил киноэкспедицию в Среднюю Азию и с большим интересом знакомился с культурой Туркестанского края.

Из поездки он вывез много творческих идей и планов, реализовать которые помешала война.

Вместе с коллегами он был мобилизован на проектировку маскировочных работ. За этим техническим названием скрывалось создание макетов городских улиц, площадей, кварталов, памятников исторического и архитектурного наследия. В натуральную величину живописцы и архитекторы выстраивали «город, которого нет» – муляж Ленинграда. Муляжи Зальцмана и его коллег были настолько правдоподобными, что вражеские самолеты бомбили именно по ним, а подлинные шедевры архитектуры оставались нетронутыми.

В разгар блокады Зальцман смог эвакуироваться из осажденного города на Неве – приехал в Алма-Ату, которая на время войны стала центром кинематографии СССР: в городе была создана Центральная объединенная киностудия, включавшая «Мосфильм» и «Ленфильм». В Алма-Ате снимались фронтовые киносборники и полнометражные художественные фильмы.

Зальцман включился в работу. Несмотря на тяготы и нужду военного времени, не слишком устроенный быт, творческая жизнь города била ключом – проходили концерты, в оперном и драматическом театрах шли спектакли. Вся Алма-Ата, включая эвакуированных деятелей искусства, ходила на спектакль «Укрощение строптивой» с молодым актером Шакеном Аймановым. Позже Зальцман познакомился с ним лично, и эта встреча стала началом многолетнего творческого союза.

В 1944 году коллективы киностудий стали возвращаться в Москву и Ленинград. У Павла Зальцмана такой возможности не было: ввиду немецкого происхождения отца за ним закрепили статус спецпереселенца. Но он и не стремился уезжать, почувствовал себя в Казахстане своим, полюбил Алма-Ату с ее солнцем, журчащими арыками, цветущими садами и живописными предгорьями.

Он погрузился в исследование казахского народного искусства, изучал строение юрты, быт аула – все эти знания привносил в творчество, в кинематографическое искусство.

Зальцман стал соратником Шакена Айманова. Художника вдохновлял айма-новский энтузиазм, а Шакен Айманов, в свою очередь, черпал вдохновение из художественных образов, создаваемых Зальцманом. Вместе они работали над картинами «Дочь степей», «Поэма о любви» и «Перекресток».

Филоновское стремление к скрупулезности в передаче деталей Зальцман пронес через всю жизнь и творчески развил идеи своего педагога. По воспоминаниям современников, Павел Зальцман мог создать на киноплощадке такую правдоподобную декорацию аула, что непосвященные принимали ее за подлинное кочевье.

В течение тридцати лет, по 1985 год, Павел Яковлевич Зальцман был главным художником Алма-Атинской киностудии. «Что такое главный художник такой огромной индустриальной системы, как киностудия? Это человек, которому кроме чисто творческих дел надо утверждать сметы, доставать материалы, следить за тем, чтобы в утвержденный финансовый план вошло все необходимое, включая костюмы, участвовать в худсоветах, курировать семьи и параллельно самому работать над картинами», – делился Павел Зальцман.

Помимо картин Шакена Айманова художник работал в фильмах «Золотой рог» и «Ботагоз» Ефима Арона, «Девушка-джигит» Павла Боголюбова и других.

Работая в кино, он продолжал заниматься живописью, благо сюжетов было множество. Будучи портретистом, схватывал суть изображаемого, образы получались живыми, а за каждым портретом прочитывалась человеческая судьба. Кроме того, преподавал в различных учебных заведениях и оставил после себя много учеников.

Не стало Павла Зальцмана в 1985 году. Уже в нынешнее время потомки худож-ника издали его литературное наследие – рассказы, поэзию, где авангардное мышление сочетается с жизненными зарисовками: «Мадам Ф». «Сигналы Страшного суда. Поэтические произведения». «Осколки разбитого вдребезги. Дневники и воспоминания 1925–1955».

Статья опубликована в  №29, от 17.03.2022 газеты "Вечерний Алматы" под заголовком "Человек в авангарде".

Хочешь получать главные новости на свой телефон? Подпишись на наш Telegram-канал!