Аналитики разложили по пунктам текущие факторы курса национальной валюты.
Как политические события, а также эпидемиологическая ситуация в мире может повлиять на тенге, и насколько устойчивы внутренние факторы курса национальной валюты, рассуждают аналитики редакции Telegram-канала Tengenomika, сообщает Vecher.kz.
Как отмечают эксперты, по сравнению с рынком нефти, над которым все еще висит дамоклов меч в виде мутации COVID-19, и геополитикой, тесно сопряженной с реакцией властей России на действия оппозиционера Навального, внутренние факторы курса тенге выглядят более позитивными и определенными.
Во-первых, экономическая активность в Казахстане продолжит восстанавливаться как минимум из-за эффекта низкой базы прошлого года, и, по нашим оценкам, со второго квартала текущего года прирост ВВП сможет выйти в положительную плоскость, если, конечно же, не будет повтора с введением режима ЧП и жесткого локдауна.
«Но, учитывая (мы надеемся) адаптацию отечественной системы здравоохранения, общества и бизнеса к условиям пандемии, а также в связи с ограниченностью в этом году бюджетных параметров, что лимитирует возможность госфинансирования последствий локдауна, мы считаем маловероятным повтор сценария с жестким карантином», – считают аналитики.
Они отмечают, что по планам Минфина на этот год заложено снижение доходов республиканского бюджета на 630 млрд тенге (из-за сокращения трансфертов из НФ), а расходов – всего лишь на 194 млрд тенге, в результате чего дефицит бюджета к ВВП сохранится на текущих 3,4%.
Другими словами, бюджетные параметры «на пределе», следовательно, намеренно в жесткой форме ограничивать экономическую активность в этом году в Казахстане будет сложнее, что для курса тенге (в общих чертах) является больше плюсом, нежели минусом.
Во-вторых, как показывают их экспертные оценки, в первом квартале каждого года при прочих равных условиях текущий счет платежного баланса даже при его отрицательных значениях склонен закрываться выше сезонно-скорректированного уровня.
Другими словами, в первом квартале фактор сезонности сказывается положительно на текущем счете, следовательно, это является дополнительной поддержкой для курса тенге.
В-третьих, в середины февраля начинается очередной квартальный период налоговых платежей крупных экспортеров, который традиционно усиливает предложение долларов США на внутреннем валютном рынке.
«К тому же в четвертом квартале прошлого года, за который будут выплачены налоги, оказался довольно неплохим с точки зрения ценовой конъюнктуры как для экспортеров нефти, так и для производителей металлов и зерна. А значит, предложение «налоговой» валюты будет довольно неплохим», – прогнозируют авторы исследования.
В-четвертых, девальвационные ожидания в стране заметно сократились и вполне стабильны. Об этом можно косвенно судить по уровню долларизации вкладов в банках, который за прошлый год снизился с мартовского пика в 47% до 39% без чистого изъятия долларовых вкладов.
То есть доля тенговых вкладов в банках растет не за счет «переворачивания» долларовых депозитов, а за счет новых притоков тенговых средств.
Другой индикатор слабых девальвационных ожиданий в стране – чистый розничный спрос на доллары США. Так, за 11 месяцев прошлого год суммарный объем чистых продаж долларов США через обменные пункты составил 3,5 млрд USD, что оказалось на 1,2 млрд USD, или 27% ниже показателя за 2019 год.
Вывод
Таким образом, исходя из всего отмеченного становится понятно, что внутренние факторы курса тенге сейчас устойчивее и сильнее, чем внешние обстоятельства в виде пандемии и геополитики.
Говоря иначе, дальнейшая динамика курса тенге в рамках краткосрочного периода в большей степени будет определяться тем, как продолжит развиваться ситуация по воздействию возможных кононавирусных локдаунов в мире на рынок нефти, а также насколько остро будут реагировать западные страны на то, что происходит в России по отношению к Навальному и его сторонникам.
«Но как бы то ни было, напомним, что объем «запасенного буфера» у Казахстана в виде золотовалютных резервов, способных позволить Нацбанку при самых острых внешних шоках сгладить негативное воздействие на курс тенге, на данный момент времени равен 35 млрд USD, или более 20% к ВВП», – резюмируют авторы исследования.