Товарищество обратилось в суд с иском о взыскании суммы с физического лица. Иск мотивирон погашением ТОО задолженности заемщика перед банком во избежание утраты предмета залога – нежилого помещения (здание клиники), принадлежащего ему на праве собственности.
Суд первой инстанции удовлетворил иск частично, с должника в пользу ТОО было взыскано 88 млн тенге – фактически оплаченная задолженность в банк.
Апелляция отменила это решение, указав, что ТОО не является созаемщиком, гарантом или поручителем. Отмечено и то, что законом не регламентировано право залогодателя – третьего лица (вещного поручителя), и исполнившего обязательство должника, на возмещение его убытков в связи с исполнением.
Кроме того, ТОО не доказало, что здание клиники является предметом залога, обеспечивающего обязательство заемщика по договору банковского займа.
Верховный суд, рассмотрев дело, отметил, что ответчик не отрицал факт залога недвижимого имущества ТОО по обязательствам заемщика.
Согласно пункту 7 статьи 319 ГК должник и залогодатель, являющийся третьим лицом (вещный поручитель), вправе в любое время до того, как состоялась продажа предмета залога, прекратить обращение взыскания на него и его реализацию, исполнив обеспеченное залогом обязательство или ту его часть, исполнение которой просрочено. Соглашение, ограничивающее это право, ничтожно. То есть законодатель предоставляет вещному поручителю право выбора действий с целью сохранения своего имущества в залоге.
Пунктом 3 статьи 344 ГК предусмотрено, что права кредитора по обязательству переходят к другому лицу вследствие исполнения обязательства его гарантом, поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству.
Таким образом, залогодатель, не имеющий какого-либо другого правового статуса в правоотношениях с кредитором и должником, вправе в целях сохранения своего имущества, исключительно добровольно и самостоятельно исполнить денежное обязательство должника. В этом случае к нему переходят права кредитора к должнику по исполненному обязательству.
В данном конкретном случае совокупность таких условий по делу судом первой инстанции установлена достоверно. Статус истца как залогодателя материалами дела подтвержден. Из содержания договора залога следует, что здание клиники передано банку в залог именно в обеспечение займа, полученного заемщиком.
Об угрозе утраты залогового имущества ввиду неисполнения должником заемных обязательств ТОО стало известно из письма банка. А спустя месяц истец полностью погасил задолженность ответчика перед банком. При этом в поручении в качестве назначения платежа указана оплата залогодателем (истцом) остатка ссудной задолженности по этому же договору займа.
Поэтому после исполнения ТОО обязательств ответчика перед банком, права кредитора обоснованно перешли к истцу.
Верховный суд отменил постановление апелляции и восстановил решение суда первой инстанции.