Новая книга Адольфа Арцишевского рассказывает о выдающихся личностях

Новая книга Адольфа Арцишевского рассказывает о выдающихся личностях

Новая книга Адольфа Арцишевского рассказывает о выдающихся личностях, чьи судьбы тесно связаны с Казахстаном.

Сборник очерков «Наперекор и вопреки! Но – следуя заветам…» известный казахстанский писатель посвятил 30-летию Независимости РК. Героями книги стали деятели искусства и науки, которые в разные периоды жизни приезжали в Казахстан и оставались в республике надолго или навсегда. Все они с большой теплотой принимали Казахстан, навсегда сохранив в своих сердцах любовь к республике и к ее самому большому городу – Алма-Ате.

Из ГУЛАГа в оперу

Режиссер музыкального театра Наталия Сац (1903–1993) никогда не помышляла о том, что жизненный путь приведет ее в залитый солнцем город – именно так она называла Алма-Ату.

Ее карьера развивалась весьма успешно: сначала энергичную девушку назначили заведующей детским театрально-музыкальным сектором Театра имени Моссовета, а затем, это было в 1921 году, она стала директором и художественным руководителем театра для детей. Но грянул 1937 год… Наталия Сац была арестована и отправлена в лагеря. Через пять лет заключения ее освободили. Как вчерашней заключенной в Москву Наталие Сац путь был заказан, да и добраться до столицы СССР было почти невозможно: началась война и эшелоны с эвакуированными деятелями искусства направлялись В Алма-Ату. Вот и Наталия Сац отправилась за ними. Здесь Наталию Сац сразу взяли на работу – нужно было ставить спектакли для поддержания морального духа тружеников тыла и находящихся в госпиталях фронтовиков.



Сац принялась за постановку «Мадам Баттерфляй» Пуччини. Главную партию должна была исполнять Куляш Байсеитова. Репетиции шли по ночам, так как днем в театре не было электричества – всю электроэнергию направляли промышленным предприятиям. Но никто не роптал, наоборот, трудности усиливали желание поставить спектакль. В день премьеры Сац заглянула в кассы – посмотреть, как продаются билеты. И тут, как написано в очерке о режиссере, ее ждало одно из самых ярких впечатлений жизни – билет на спектакль приобрел сам Сергей Эйзенштейн, сказав кассиру: «Мне билет на «Чио-Чио-сан» Сац».
Наталия Сац получила разрешение от руководства республики на создание в городе детского театра. В качестве здания ей выделили бывший клуб и к тому времени уже бывший павильон эвакуированных киностудий – «Мосфильм» и «Ленфильм» вернулись в Москву и Ленинград в 1944 году.

Для театра павильон адаптировал архитектор Николай Простаков, который был соавтором проекта здания театра оперы и балета. В сборнике очерков Адольфа Арцишевского опубликованы воспоминания ученицы Наталии Сац – теоретика театра Галины Рутковской. Театровед, а в ту пору студентка театральной студии при детском театре, вспоминала, что Сац работала как прораб – руководила рабочими и студийцами, очищавшими здание от мусора и картонных перегородок.

Творческий путь корифея



Театр был открыт вскоре после войны – одной из первых постановок стал спектакль «Красная Шапочка». Роль Волка в этом спектакле сыграл в ту пору начинающий актер-студиец Наталии Сац Юрий Померанцев.

Будущая народная артистка СССР приметила его в театре оперы и балета – Юра, так называла своего ученика Наталия Сац, пел в хоре и вел ночные концерты, средства от которых направлялись на нужды фронта.

Юрий Померанцев буквально жил театром, в предвоенные годы, в старших классах, грезил МХАТом, даже написал письмо премьеру Художественного театра Василию Качалову с вопросом, стоит ли ему попробовать себя в актерской профессии. Мэтр ответил: попробоваться стоит.

Окрыленный ответным письмом народного артиста СССР, Юрий Померанцев запланировал поступление в театральную студию. Но началась война… Затем были фронт, тяжелое ранение, демобилизация и приезд к эвакуированной в Казахстан маме.

В Алма-Ате демобилизованный фронтовик смог исполнить свою мечту – Наталия Сац зачислила его в свои студийцы.

«Как хорошо, что, едва успев приехать в Алма-Ату, я высмотрела в опере «Риголетто», в хоре гостей Герцога, Юру Померанцева, – вспоминала Наталия Ильинична в своей книге «Новеллы моей жизни». – Сейчас в нашей «Красной Шапочке» он очень удачно играет злобного, худого, вечно голодного Волка.

Режиссер пророчила своему воспитаннику хорошее театральное будущее, отмечая схожесть его индивидуальности с образом знаменитого Николая Черкасова.

«Второй Черкасов родится не скоро, может быть, никогда, – писала Наталия Сац, – но страстью к перевоплощениям, чувством юмора, обаятельной некрасивостью, вернее, полным отсутствием желания красоваться, показать себя Юра напоминал мне Черкасова».

Влюбленный в мотивы домбры

Для народного артиста Казахской ССР Евгения Брусиловского (1905–1981) Казахстан стал местом, где композитор реализовал свой творческий потенциал.



Евгений Брусиловский приехал в Алма-Ату перед войной – в командировку на несколько лет, чтобы помочь в становлении классического музыкального искусства, но остался здесь на долгие десятилетия. Композитор был настоящим исследователем казахской музыки – он прочувствовал степное звучание домбры и кобыза. Во-многом Брусиловский стал последователем Александра Затаевича – ездил по аулам, записывал кюи. Он обратился к народным музыкантам с просьбой приходить в Союз композиторов, чтобы переложить свои произведения на ноты. Импровизаторы откликнулись, и к Брусиловскому выстроилась очередь из народных исполнителей и композиторов. Он переносил на нотный стан их импровизации, делал оркестровые обработки. Во многом именно так композитором была создана первая казахская опера «Кыз-Жибек», которая произвела фурор на Первой декаде казахской литературы и искусства в Москве в 1936 году.

В своей книге автор приводит слова известного музыковеда Анатолия Кельберга, характеризующие вклад Евгения Брусиловского в музыкальное искусство республики: «Даже если бы Брусиловский не написал ни одного музыкального произведения, он все равно остался бы классиком. Почему? Потому что он оставил после себя 30 учеников. Да каких! Многие уже сами стали классиками».

Адольф Арцишевский приводит воспоминания композитора, как в 1936 году, после декады, была поставлена задача сформировать группу из одаренных казахстанских ребят для обучения в Москве. В один из дней на прослушивание пришел босой юноша и попросил отправить его учиться в Москву. Прослушав кандидата, композитор дал добро – молодой человек обладал прекрасным слухом и, что немаловажно, очень хотел учиться. Не все коллеги по отборочной комиссии одобрительно восприняли решение Брусиловского, но композитор принял решение: поедет.

«И вот прошел год, другой, из Москвы приезжают два студента, оба не без столичного лоска. Один из них и говорит Евгению Григорьевичу: «Вы меня узнаете?» Брусиловский пожимает плечами: «Первый раз вижу». «Так ведь я тот самый парень, которого вы все же не побоялись отправить в Москву. Это был Мукан Тулебаев», – пишет Адольф Арцишевский, ссылаясь на воспоминания композитора. И так было со многими учениками Брусиловского.

За десятилетия работы в Казахстане им создано девять опер, четыре балета, девять симфоний и около 500 песен и романсов. Имя Евгения Брусиловского стоит в одном ряду с такими корифеями казахстанской классической музыки, как Ахмет Жубанов, Мукан Тулебаев, Латиф Хамиди, Еркегали Рахмадиев, Бахытжан Байкадамов, Сыдык Мухамеджанов.

На презентации книги профессор, музыкальный педагог, народная артистка Казахстана, пианистка Жания Аубакирова подчеркнула, что по биографиям героев в книге можно изучать историю страны, историю отечественной культуры. «Это замечательные люди, которые были беззаветно преданы своему делу, своим ученикам и полюбили Казахстан всем сердцем», – подчеркнула народная артистка. Книга вышла штучным тиражом и распространена по библиотекам.

Статья опубликована в №90, от 29.07.2021 газеты "Вечерний Алматы" под заголовком "Линии общей судьб".
Хочешь получать главные новости на свой телефон? Подпишись на наш Telegram-канал!