Жизнь в движении: казахстанский балет прошлого, настоящего и будущего

Жизнь  в движении: казахстанский балет прошлого, настоящего и будущего Фото: Максим КРАВИТЦ

Заслуженный артист России и Казахстана Юрий Васюченко отдал искусству балета больше полувека.


Он работал в известных творческих коллективах Советского Союза, много лет был ведущим солистом Большого театра. Часть его профессионального пути прошла в Казахском государственном академическим театре опере и балета имени Абая. Спустя 42 года он вернулся в КазНАТОБ – работать с ведущими солистами театра. Своим взглядом на современный балет Казахстана он поделился с нашим корреспондентом.


– Юрий Валентинович, вы танцевали в Театре имени Абая до начала 1980-х. Каким вам запомнился театр того периода и каким вы его видите сегодня?


– Я еще не успел пересмотреть репертуарные спектакли, чтобы составить полное представление, но в ходе занятий убедился, что артисты демонстрируют высокий уровень.


В 70-х в театре тоже была хорошая труппа, артисты работали с полной отдачей, однако техничными были единицы. Сегодня же все высокопрофессиональны. Конечно, что касается физических данных, то кому-то природа дает больше, кому-то меньше, но когда у человека есть огромное желание, он старается добирать недостающее работой. И я вижу у артистов стремление к постоянному саморазвитию. В Алматы сильная школа – она дает настоящую подготовку артисту. Словом, общее впечатление от труппы очень хорошее.


– Какой вам запомнилась Алма-Ата 70-х, у вас были здесь какие-то любимые места?


– Любимые места – это Кок-Тобе и Медео. Мы ездили туда покататься на коньках, сидели в кафетериях-юртах. И тогда все было так же, как и сейчас, только цены другие. Что мне тогда особенно нравилось в Алма-Ате, так это арыки. Представьте: жара под сорок, а горная вода несет с вершин свежесть, и рядом с журчащим арыком даже хотелось накинуть кофту. У горной воды есть еще одно достоинство, важное для большого города, – она очищает воздух от смога. К слову, я был в Алматы три года назад, и тогда работали не все арыки, но сейчас, как мне рассказывают, все больше и больше вновь наполняются горной водой.


Если говорить о любимом месте в театре, то им была и остается сцена. В тот период мы работали над многими постановками, репертуар был насыщенным – шла вся мировая и казахская классика. Также были традиционные концерты в честь праздничных дат. Они, как правило, проводились во Дворце Ленина – нынешнем Дворце Республики. Также театр часто гастролировал, мы объездили все областные центры республики, бывали и в Москве. Одним из ярких спектаклей, который мы тогда показали москвичам, был балет «Аксак кулан» Минтая Тлеубаева.


Лето для артистов было особым временем – мы ездили по Казахстану в составе концертных бригад. Наряду с артистами балета в них входили знаменитые вокалисты Бибигуль Тулегенова, Алибек Днишев, Ермек Серкебаев. Это были очень важные и нужные поездки, они позволяли жителям самых отдаленных сел знакомиться с живым искусством прямо у себя дома, никуда не выезжая. Нас там очень хорошо принимали, и мы черпали в них положительную энергию.


Так что все мои профессиональные воспоминания того времени связаны со сценой – она могла быть стационарной, в стенах этого театра, могла быть выездной, гастрольной, но это то пространство, где жило творчество. И сейчас я очень рад вновь видеть эту сцену.



– Считается, что балетная труппа того периода была одной из самых сильных за всю историю театра. Какие воспоминания у вас сохранились о том коллективе?


– С теми, кто ныне здравствует, мы до сих пор встречаемся – я периодически приезжаю в Алматы, меня приглашают на конкурсы, фестивали.


Хочу сказать, что, действительно, та наша труппа была очень дружной. Уроки тогда давал Рамазан Саликович Бапов. Он был профессионалом высочайшего класса – выпускником московской школы. Спектакли были очень эмоциональными. Но времена меняются и, к сожалению, сегодня даже в Большом театре эмоционально не выкладывается никто – это мое мнение, оно может кому-то не нравиться. Танцуют блистательно, да, но эмоциональной энергетики никакой. Жаль, ведь зрители приходят в театр именно за этой энергией, которую в свою очередь возвращают артистам с аплодисментами.


А как обстоят дела здесь, в Театре имени Абая, – посмотрим. Но, повторюсь, то, что молодежь занимается с полной отдачей, говорит о хороших перспективах.


– С какими постановками была связана ваша работа в Театре имени Абая?


– Мне довелось танцевать весь репертуар как в Театре имени Абая, так и впоследствии в Большом театре. Здесь я не танцевал только в «Спартаке», потому что к моменту его постановки уже уехал из Алма-Аты. Запомнилось многое, но расскажу о «Лебедином озере», которое мы танцевали в Шевченко – ныне Актау. Правда, воспоминания связаны не с самим спектаклем, а с тем, что было накануне.


За пару дней до спектакля у меня случилась ангина, температура была выше 39. Я не мог шевелиться, горло заложило так, что не знал, куда деваться. И тут одна местная жительница – казашка, которая помогала нашим костюмерам, заявила, что вылечит меня. Мы скептически отнеслись к этому, однако она знала, что делала: попросила кого-то принести очищенный керосин из аэропорта, накрутила ватку на кончик обычного карандаша, обмакнула ее в керосин и лихо обработала мне горло. У меня градом лились слезы, но боли я не чувствовал: был в полуобморочном состоянии от происходящего. После этого она завязала мне горло, и я лег спать. Утром проснулся почти здоровым – ни температуры, ни боли в горле. Ощущалась, конечно, некоторая слабость, но она была преодолима. Вместе с партнершей Майрой Кадыровой благополучно исполнил свою партию. Надо сказать, что до того я болел ангиной по три раза в год, а после этого удивительного лечения в городе Шевченко я про ангину забыл совершенно.


– Один известный наставник неустанно повторял своим студентам, что зритель купил билет за большие деньги и поэтому артист обязан танцевать хорошо, не обмануть ожиданий. Как думаете вы?


– Эта истина хороша для начинающего артиста, делающего первые шаги, а профессионально сформировавшийся солист должен осознавать, что танцует для себя, и чем красивее он это делает, тем лучше себя будет чувствовать, тем лучше себя будет чувствовать весь коллектив. Он должен держать в голове, что быть солистом – это большая ответственность перед всей труппой. Конечно, в работе бывает всякое, в том числе и падения, но в этом ничего страшного нет. Главное – отношение к делу.


– Как-то одна преподавательница хореографии сказала мне, что сейчас в отличие от советского времени учеников не нужно заставлять заниматься, они сами понимают, что от их усилий зависит их будущее. Что бы вы сказали по этому поводу?


– Нас и тогда никто не заставлял и сейчас никто не заставляет танцевать. Если ты отдал обучению восемь лет жизни, то как же можно все бросить?


И тогда мы чувствовали себя свободными, и сейчас.


– Вы окончили Ленинградское хореографическое училище, Мекку профессионального балета. Расскажите о ваших преподавателях, какие советы и заветы вы сохранили на всю жизнь?


– Прошло уже 55 лет с того времени, как я окончил удилище, но заповедь «пальцы, подъем, колено» все время в моей голове – они должны быть натянуты как единое целое, чтобы не было корявостей. Конечно же, эту простую истину я передаю своим ученикам.


Что же касается педагогов, то они были замечательные – Николай Боярчиков, Владилен Семенов, Абдрахман Кумысников, очень много работал с Константином Михайловичем Сергеевым и Наталией Михайловной Дудинской. Всем своим учителям я очень благодарен.


– Чем отличается исполнительская техника того периода от нынешней?


– Сегодняшние артисты танцуют чище, чем их предшественники. Это совершенно нормально – мы были лучше предыдущих поколений, наши последователи лучше нас. И такой процесс происходит каждый год – совершенствуется форма. Балет стал перенимать трюки, движения из спорта, так же, как и спорт из балета. Слава Богу, многое меняется к лучшему.


Между тем у советского времени был очевидный плюс – тогда балет курировался на высшем уровне, например, в Казахстане за развитием профессионального хореографического искусства следил сам Динмухамед Кунаев.


– Вам доводилось общаться с Кунаевым?


– Динмухамед Ахмедович и его супруга Зухра Шариповна были ценителями балета, часто посещали театр. И он принял участие в моей судьбе – у меня возникла проблема с армией, так вот Кунаев забрал меня прямо из военкомата и вернул в театр.


Как и многие артисты, я мог обратиться к нему, а чаще по его рекомендации – к чиновникам, курирующим культуру, с просьбой.


– Расскажите о вашей сегодняшней работе в Театре имени Абая, как проходят занятия?


– Класс я даю с десяти утра. Эти репетиции предназначены для солистов. Занятия начинаются с урока по классическому танцу, а потом идут репетиции по текущим спектаклям. Задача заключается в том, чтобы отточить репертуарные партии. Хорошо, что урок длится не один час, как, например, в Большом театре, а час с четвертью. За это время мы многое успеваем.


Ребята занимаются с удовольствием, и мне это нравится. Видно, что занятия приносят плоды, есть отдача.


Цель наших занятий одна – танцевать как можно красивее!


Статья опубликована в  №18, от 17.02.2022 г. газеты "Вечерний Алматы" под заголовком "Жизнь в движении".


Хочешь получать главные новости на свой телефон? Подпишись на наш Telegram-канал!

Ваша реакция?
Нравится
0
Не нравится
0
Смешно
0
Возмутительно
0
Спасибо за Ваше мнение
Последние новости

14:53

14:42

14:18

13:50

12:54

12:14

11:44

11:15

10:50

10:27

10:06

09:45

09:33

09:10

19:46

19:04

17:59

17:49

17:45

17:31

17:22

17:14

17:07

17:06

16:53