В целом сейчас национальная валюта реагирует как на внутренние, так и на внешние факторы.
Является ли плавающий обменный курс тенге действительно плавающим, рассказал советник Председателя НБ Олжас Тулеуов, сообщает Vecher.kz со ссылкой на пресс-службу финрегулятора.
Спикер отметил, что переходу на политику инфляционного таргетирования и плавающего курсового режима в 2015 году предшествовала большая подготовительная работа. Национальный Банк сознательно отказался от тактики защиты фиксированного обменного курса, сделав упор на таргет инфляции. Фиксирование курса нацвалюты истощало золотовалютные резервы, что повышало уязвимость казахстанской экономики внешним шокам.
«В целом сейчас национальная валюта реагирует как на внутренние, так и на внешние факторы. Это хорошо видно по итогам торгов на бирже, хотя влияние некоторых событий передается на курс с определенным временным лагом. Более того, при анализе международных рынков можно заметить, что динамика и волатильность курса тенге соответствуют изменению и волатильности курсов других плавающих нефтяных валют, как российский рубль, норвежская крона, мексиканское песо и канадский доллар. Это является дополнительным показателем того, что сейчас курс тенге является плавающим и формируется в основном, исходя из общих внешних условий, связанных с мировыми рынками сырья», – пояснил Олжас Тулеуов.
Также он рассказал о степени влияния интервенций на рыночное курсообразование
По его словам, Национальный Банк Казахстана постоянно отслеживает ситуацию на валютном рынке и оставляет за собой право принимать меры по сглаживанию избыточной волатильности.
«В течение прошлого года в отдельные периоды низкой ликвидности Национальный Банк поддерживал валютный рынок интервенциями, чтобы обеспечить его нормальное функционирование. 79% интервенций или 1,5 млрд долларов США пришлись на март 2020 года, когда произошло шоковое падение цен на нефть, обвал на рынках и рекордное обесценение валют стран-торговых партнеров. Остальная часть интервенций проведена в периоды несбалансированного давления на внутренний валютный рынок – в феврале, сентябре и октябре прошлого года», – сообщил Олжас Тулеуов.
Также, по его мнению, важно отметить, что в прошлом году в условиях шокового падения цен на нефть и несбалансированного давления на валюты интервенции на внутреннем рынке проводились и другими центральными банками развивающихся стран, следующие плавающему курсообразовнию.
«К слову, в России практически в указанные выше периоды времени прошлого года со стороны Центрального Банка также оказывалась поддержка рубля в виде продаж валюты из Фонда национального благосостояния, средства которого учитываются в золотовалютных резервах страны. Только за период с 10 марта по 20 апреля общий объем продаж валюты ЦБ России составил 4,7 млрд долларов США. В Казахстане же общий объем чистых интервенций Национального Банка за прошлый год составил лишь 7% от всего годового объема торговли долларами США на Казахстанской фондовой бирже. Это указывает на то, что, несмотря на реализованные объемы интервенций, направленные на стабилизацию валютного рынка, курс тенге формировался в значительной степени при рыночных условиях», – рассказал Олжас Тулеуов.
Он также отметил, что Национальный Банк ведет открытую коммуникационную политику и предоставляет рынку большой объем данных, в том числе ежемесячно публикует информацию по интервенциям на своем сайте.