Сердце номада

Сердце номада

Алматинец Малик Гусманов возрождает традиционные жилища кочевников.

Вот уже 30 лет ремесленник занимается изготовлением юрт. Причем данному ремеслу он учился сам, по крохам собирая знания в архивах и впитывая советы аксакалов.



– По профессии я горный инженер-геолог. В советское время объездил весь Казахстан и часть Союза от Якутии, моря Лаптевых, Северного Ледовитого океана до Черного моря. Занимался наукой, пройдя путь от младшего научного сотрудника до начальника отдела Научно-исследовательского института. С распадом СССР решил пробовать себя в предпринимательстве – создал цех по ювелирному и домбровому делу, – рассказывает Малик Гусманов.

Однако непростое время середины девяностых «задушило» инициативу ремесленника. Он обанкротился, но не сдался. Решил начать все с начала. Помог, как говорится, случай.

– Хозяин одного из ресторанов попросил собрать большую юрту. Но оказалось, что не хватает части. Не нашлось тальника нужной длины. В то время еще никто не делал двадцатиканатные юрты. Пришлось порыться в архивах, чтобы узнать, как решить этот вопрос. В итоге я нашел маленькую сноску, в которой говорилось: «Если нет очень длинного тальника для уыка, то можно сделать из других маслянистых пород», – вспоминает Малик-ага. – Я пришел к своему другу Бекету, который жил в городе мастеров и очень хорошо разбирался во всем, что касалось народных художественных промыслов, и спросил, сможем ли мы это сделать? Он сказал, если наши предки делали, то мы тоже сможем. И мы сделали это! С тех пор было решено делать казахские юрты и разных размеров, от самых малых – детских, до 24-канатных.

Мастер уверен, что вся культура казахов сосредоточена в юрте – это душа и сердце номада.



– Юрта – это уникальное жилище для людей, созданное нашими предками-кочев­никами. Во-пер­вых, это самый экологически чистый дом – шерсть, дерево, кожа, хлопок. Во-вторых, это дом без углов! А все практикующие мусульмане, христиане, иудеи и представители других религий освещают углы, потому что знают – нечистая сила собирается по углам. В-третьих, юрта – это мир орнамента и красоты. И наконец, юрта – это квинтэссенция культуры казахов.

Как писали ученые еще в XIX веке, по конструктивным особенностям казахской юрте нет аналогов. Это удобный и практичный, мобильный архитектурный тип сборно-разборного жилища кочевников, хорошо приспособленный к условиям природы и быта. Древние кочевники знали, что сооружения круглой формы более устойчивы к ветру и другим неблагоприятным погодным условиям. Уже позднее физики и архитекторы доказали, что круглые здания наиболее устойчивы, а также гораздо вместительнее своих четырехугольных «коллег». Между тем округлая форма юрты олицетворяла важные божественные элементы, которым раньше поклонялись кочевники.

– Наши предки сделали юрту более 3000 лет назад по образу и подобию Матери-Земли – круглой без углов, и покрыли войлоком, история которого насчитывает более девяти тысяч лет. Это самое экологически чистое жилье с прекрасной энергетикой. Юрта экологична, экономична, эргономична. И наконец, юрта очень красива. Кто живет и работает в таком доме, словно находится в мире цвета, орнамента и красоты. Он всегда стремится к прекрасному во всем. А вообще я считаю юрту вершиной казахской культуры и искусства. Не зря символом Золотой Орды была юрта. И золотой она называлась потому, что в каждом каламе уыка был золотой наперсток, а в каждом жилище – от 110 до 130 уыков. Поэтому она и символ богатства тоже. Но самое большое богатство – если мы сможем возродить все утерянное, – уверен ремесленник.

Историки отмечают, что очаг в доме кочевников был не просто местом для приготовления пищи, а символом семьи, единства и благополучия.

В своих работах мастер старается создать как можно более точное соответствие традиционным жилищам предков. Досконально изучает традиции и секреты ремесла, которые передаются из поколения в поколение. Он окружил себя единомышленниками и создал Ассоциацию производителей казахских юрт и изделий народных художественных промыслов.

– Без юрты невозможно было бы сохранить культурное наследие казахского народа. Благодаря восстановлению юрты в первозданном виде стали возрождаться многие забытые ремесла, такие как ткачество, волочение и сырмачество войлока, работа с кожей, объемная рельефная резьба по дереву, тонкая работа с костью, ювелирное искусство. Более того, мастера-прикладники начали создавать стилизованные вещи, которые нашли практическое применение в современном мире.



Сейчас мастер мечтает создать уникальную эксклюзивную юрту – точную копию той, что Жангирхан два столетия назад подарил Николаю I, а его внук подарил прусскому королю Фридриху, и фрагменты ее сейчас находятся в музее Франкфурта на Майне.

– Из архивов я узнал, что мой прапрадед Жусупали также к 300-летию Романовых дарил царю большую юрту. Тогда я подумал, что не зря жизнь привела меня к созданию юрт. Может, это и есть преемственность на подсознательном уровне! По крайней мере меня всегда тянуло к юрте, с детства хотел понять, как все создается. И сейчас я занимаюсь этим ремеслом с блеском в глазах. Думаю, что человек должен заниматься тем, что любит и хорошо знает, и тогда он станет профессионалом в своем деле.