Скульптура – память человечества

Скульптура – память человечества

В истории казахской скульптуры особое место принадлежит Тулегену Досмагамбетову, мастеру монументального портрета, создателю уникальной галереи образов гениальных сынов Отечества.

Новое тысячелетие, новый век, новые пути осознания реальности… Что принес каждый из нас в эту эпоху, переступив порог XXI века? Что доминирует в материализованных видениях художника современности? Его идеалы, устремления, сомнения и вера – в чем они? Именно об этом – все произведения художника, скульп­тора, чье искусство за сорокалетний путь развития претерпело множество различных влияний, сохранив неприкосновенным главное – гражданственность позиции и прозорливое видение завтрашнего дня. 

С младенческих лет начав рисовать, – а эти годы пришлись на тяжелое время войны, – мальчик остро переживал коллизии судьбы. Мать, спасая его от голода, возила из аула в аул земли Кокшетау, необыкновенно щедрой на красоту и природы, и человека. Детское сознание запечатлело это качество родины и ее людей на всю жизнь. Отец и старший брат Фарден были на фронте. Отец погиб, а вернувшийся брат увидел тысячи рисунков ребенка на один сюжет: война. Школа началась с пяти лет – это было в Аягузе Семипалатинской области, и малыш видел сотни людей, готовящихся к отправке на фронт. Старший брат взял на себя заботу о воспитании младшего. И в 14-летнем возрасте Тулеген вместе с ним приезжает в Алматы. Закончив художественное училище, поступает в Ленинградский институт им. Репина. Художник убежден, что в жизни ему всегда сопутствует удача.

Основная часть творческого пути художника напрямую связана со временем советского строя. Тому свидетельство и подтверждение – яркие образы героев истории, запечатленные скульптором в бронзе и граните. Это деятели культуры Бибигуль Тулегенова, Олжас Сулейменов, политики Динмухамед Кунаев, Алиби Жангильдин, Гани Муратбаев, это  типы современников художника, несущие в мир идеи гражданственности и красоты. 

Трудно переоценить для развития казахской скульптуры значение таких монументальных произведений художника как «Амангельды Иманов», «Шокан Валиханов», «Алиби Жангильдин», «Гани Муратбаев» и др. 

Однако, пожалуй, самым плодотворным и самобытным следует назвать период 1990–2000 гг. Образы выдающихся сынов Отечества в лице Ахмета Байтурсынова, Ильяса Жансугурова, Каныша Сатпаева, Ахана-Сере и Биржан-Сала воплощены скульптором с огромной силой убедительности и откровения любви. Эти личности раскрывают новые грани творчества и индивидуальности автора. Этап становления и зрелости преобразился в этап гражданской и человеческой целостности, этап цветения искусства мастера. 

Говоря о новых работах десятилетия, художник невольно возвращается к образу, любимому с юности. Это Шокан Валиханов, памятник, возведенный в центре города Кокшетау в 1971 году. Созданный на одном дыхании он прошел множество препон. 25-летний выпускник вуза выиграл конкурс, сделал модель-эскиз и лишь через пять лет монумент состоялся. Художник так отзывается об этом периоде творчества: «Я считаю, что художник, приступая к работе, должен быть достаточно подготовлен. Начиная делать Шокана, я ощутил – мне легко было его воспринять. Была подготовка: знание истории, философии, базовое образование помогло. Его изучение культуры Кашгарии, быта и культуры казахов, судебные реформы того времени, бийская культура судов и т.д. – это все легко вошло в меня. 

Вернемся к созданиям 1990-х годов. Облик Ильяса Жансугурова в Талдыкоргане руками Тулегена Досмагамбетова обретает мощь и величие планетарного масштаба свободолюбивого, сильного и умного человека. Свободная, непринужденная поза героя дана в активном развороте. При медленном обходе создается эффект парения фигуры над окружающим пространством и над землей. Строгий классический профиль фигуры, восседающей на монолите природного гранита, наполнен романтикой и экспрессией через взметнувшиеся складки накидки за спиной, и весь упругий литой абрис начинает лучиться душевной силой. Строгость и доверительность в лице героя необычайно живо перекликаются с позой легко скрещенных ног и упруго брошенной на них сильной руки с великолепными чуткими, длинными пальцами. Слияние природы и героя воедино, одухотворенная сила поэзии, – все обрело здесь свой зримый облик. 

Другая монументальная работа – памятник академику Канышу Сатпаеву исполнена скульптором совместно с Ольгой Прокопьевой в 1999 году в Алматы. Установленный рядом со зданиями политехнического университета на одноименной улице этот монумент первому геологу-казаху, создателю Академии Наук и выдающемуся общественному деятелю стал событием в жизни республики рубежа веков. Автор показал не только тонкую душевную организацию, доброту и глубокий интеллект ученого, но и масштаб его личности в контексте времени и пространства. Монолит шагающей фигуры царит над окружением, привнося в колорит площади и перспективы гор, наплывающих с юга, дыхание вечного движения. Обращенная лицом на запад светлая в своей открытости и устремленности вперед фигура Каныша Имантаевича словно обнимает собой весь мир, даря надежду и свет. Полагаю, что для студенчества, находящегося в огромном количестве именно в этом районе Алматы, это бесценный подарок. 
Зная приверженность скульптора к классическим традициям скульптуры, его интерес к пластике и ваянию всех времен и народов в образе Ахмета Байтурсунова, я открыла для себя нового Досмагамбетова. Памятник удивляет замедленностью ритмов. Вместо характерных динамичных подвижных абрисов – тонко промоделированные формы, проработка каждой детали, фрагмента. Изящный барочный столик и фрачная тройка – атрибуты времени – конец XIX века, и знаки социальной принадлежности, – казахская интеллигенция той поры «экипировалась» согласно европейской моде. Унаследовав культуру предков, владея культурой русской и европейской Ахмет Байтурсунов обладал незаурядным умом аналитика, был блестящим писателем, ученым, создателем казахского алфавита и сторонником латинской версии казахского письма. Понадобился почти целый век, чтобы его воззрения обрели значение постулатов, и казахская культура вернулась к истокам, за которыми – будущее. А в прочтении Досмагамбетова мы видим миг. Отрешенность и сосредоточенность героя в мгновенье прозрения и вдохновения – состояние высшего духовного взлета. 

В одной из бесед Тулеген Досмагамбетов сказал: «Пройдя путь пристального изучения скульптуры общемировой: статуарной египетской и своеобразной индийской, уравновешенно-сгармонированной древнегреческой и неповторимо закодированной пластикой инков, замечательно выразительной африканской, я пришел к выводу, что классика – понятие условное, а вся культура в классическую Европу пришла из Малой Азии, с Востока. И самое главное – достижения Европы рубежа 19–20 веков мне очень дороги, но основные ценности открылись в пластике скифов и саков на последнем периоде изучения наследия, наследия казахов и древних тюрков. Вывод: через тысячелетия всех типов скульп­тур человечества пришел к единому стилю, стержневому для всех, и этот стиль – моя загадка и секрет, наследство времен и народов.»



Хочешь получать главные новости на свой телефон? Подпишись на наш Telegram-канал!