Нельсон Пенья: Я окрылен Казахстаном

Нельсон Пенья: Я окрылен Казахстаном
Фото предоставлены КазНАТОБ имени Абая

Артист балета Нельсон Пенья родился и учился в Гаване, танцевал на сценах разных театров мира, но окончательно нашел себя в Алматы.

Алматы стал судьбой для Нельсона Пеньи. Здесь, за тысячи километров от своей фактической родины, он обрел второй дом – стал солистом Казахского национального академического театра оперы и балета имени Абая. Артист исполняет ведущие партии. В числе его новых творческих образов в КазНАТОБ – партия Красса в балете «Спартак». Мы поговорили с Нельсоном о том, каким он видит своего персонажа. Также артист поделился с нами историей своего приезда в Казахстан и рассказал, как он попал в труппу старейшего театра оперы и балета страны.

– Вы – уроженец Гаваны. С какого возраста начинают профессионально обучать балету на Кубе?

– Как и везде в мире, классическому балету у нас начинают обучать с девяти лет. Именно в этом возрасте я поступил в хорео­графическое училище Гаваны. Обучение длилось восемь лет, после чего я получил диплом профессионального артиста балета. 

Я не первый профессиональный танцовщик в семье, моя мама – балерина и педагог классического танца, у нее своя школа. Мой отец тоже творческий человек, он занимается режиссурой и продюсированием шоу-программ.

Но, несмотря на то что мои родители имеют непосредственное отношение к искусству, вести меня за руку в балетную школу они не торопились. Все решил случай. Знакомый моей мамы, педагог классического балета, как-то встретив нас на улице, посмотрел на мои пропорции и посоветовал ей отдать меня в хореографическое училище. Так решилась моя профессиональная судьба.

– Когда вы впервые приехали в Алматы и что вас побудило остаться здесь?

– Впервые в Казахстан я приехал в 2012 году по работе. Меня пригласили преподавать латиноамериканские танцы. Когда пришло предложение поработать в Алматы, я согласился, потому что как раз закончил учебу и очень хотел посмотреть мир, увидеть разные страны, познакомиться с их культурой. Одновременно хотелось проверить себя в профессиональном плане – в качестве танцовщика и педагога. Контракт в Алматы предоставлял мне такую возможность. 

Договор я заключил на небольшой срок, но за это время успел познакомиться с Алиной – моей нынешней супругой. Мы встречались два месяца и, когда контракт закончился, не захотели расставаться. Я привез Алину на Кубу, познакомил с родителями. Однако поженились мы не сразу – я уезжал по контракту танцевать в классическом балете Йоханнесбурга. За это время наши отношения окрепли, и надо было определяться, ведь на таком большом расстоянии семью не построишь, поэтому я вернулся в Алматы, и мы поженились. 

– Как вы стали артистом Театра оперы и балета имени Абая? 

– Нужно было искать работу, и я решил попробоваться в ГАТОБ, этот театр мне нравился давно – и своими спектаклями, и внешне, своей архитектурой. Через знакомых попал на просмотр. Должен сказать, тогда моя форма была далека от идеальной, так как после контракта в ЮАР я несколько месяцев отдыхал. Несмотря на это, в театре оценили мой рост, предложили позаниматься в классе. Там руководители балетной труппы и педагоги-репетиторы, понаблюдали за тем, насколько хорошо я знаю школу, и дали мне шанс. Мой приход в ГАТОБ совпал с аттестацией в театре. В комиссии были специалисты из Мариинского театра, и они одобрительно ко мне отнеслись, убедившись, что у меня есть опыт. Помню, тогда я показывал вариации тореадора Эспада из балета «Дон Кихот» – это была моя первая большая партия в ГАТОБ.

Со мной стал заниматься прекрасный педагог, заслуженный артист Казахстана Мурат Тукеев – нынешний директор Алматинского хореографического училища имени Селезнева. Работа с ним и другими педагогами позволила мне быстро вернуть профессиональную форму. Работая в классе, я старался взять от своих учителей максимум знаний, ведь они продолжатели традиций советского балета и обладают богатым педагогическим опытом. Начав с тореадора, со временем я стал танцевать другие партии, в том числе и ведущие.

– Одна из недавних премьер с вашим участием – балет «Спартак», в котором вы воплотили образ Красса. Расскажите о вашем персонаже – каким вы его видите, наделили вы его какими-то своими чертами характера?

– Красс – для меня самая интересная партия в балете «Спартак». Он лидер, командующий, он полон амбиций и несметно богат. Это такая квинтэссенция военной знати Рима, столицы Древнего мира. Вместе с тем это разноплановый образ – в течение спектакля он показывает себя то военачальником – покорителем мира, то страстным любовником, то уязвленным человеком. И все это мне надо показать. Думаю, что образ Красса – это зеркало, в котором каждый человек может увидеть себя, свои скрытые в подсознании желания. 

– В одном из интервью вы назвали музыкальную партитуру балета «Спартак» потрясающей. Чем именно она вас захватила?

– Эта партитура в числе моих любимых музыкальных произведений. Сколько ни слушаю ее, все время поражаюсь, насколько ярко, насколько многопланово Арам Хачатурян смог выразить грандиозность Римской империи. Своей музыкой композитор очень точно отобразил черты характеров главных героев – вдохнул в них жизнь. Весь сюжет Арам Хачатурян передал через музыку. Это гениальное произведение, написанное гениальным человеком.

– Смотрите ли вы записи знаменитых спектаклей перед тем, как приступить к репетиции роли? Например, пересматривали ли запись «Спартака» Григоровича с Васильевым и Лиепой? 

– Да, всегда, репетируя партии, я стараюсь узнать, как воплощали эти образы известные исполнители. Смотрю много записей спектаклей Большого, Мариинского театра, европейских балетных коллективов, кубинской труппы. Анализирую, стараюсь брать на вооружение то, что подходит мне, но при этом создаю свой собственный образ. Работая над партией Красса, я, конечно же, смотрел спектакль с участием Мариса Лиепы, ну как же без этого…

– Если бы вам предложили взять от каждого заглавного персонажа классического балета то, что вы хотели бы видеть в своем характере, что бы вы взяли и от кого?

– От всех мужских партий я бы взял духовную стойкость персонажей, это то, что в нашей жизни очень нужно. Пожалуй, взял бы уверенность и храбрость тореадора Эспада из «Дон Кихота», какие-то черты перенял бы от Красса – почему бы и нет. А вот от принцев, наверное, ничего бы не стал брать – это баловни судьбы, у которых все было с рождения. Конечно, в какой-то момент такая судьба может показаться соблазнительной, но лучше добиваться всего в жизни самому. 

– В этом году исполняется 80 лет зданию КазНАТОБ. Интересовались ли вы его историей?

– Конечно, я интересовался историей алматинского театра. Например, я знаю, что во время войны сюда приезжали звезды советского балета, танцевали на этой сцене. Знаю и о том, что это старейшая оперная и балетная сцена страны, на которую выходили и продолжают выходить все ведущие вокалисты и танцовщики Казахстана. 

Сегодня КазНАТОБ не единственный в республике театр оперы и балета. Тем не менее я считаю, что алматинский театр продолжает быть одной из ведущих сцен страны. Здесь богатый репертуар оперных и балетных спектаклей, у театра большая история. Это очень важно, потому что история и традиции служат источником вдохновения как для артистов, так и для зрителей. 

– Хотели бы вы, чтобы ваши дети пошли по вашим стопам?

– У меня двое детей – сын и дочь. Дети радуют нас, дают силу и мотивируют к достижению цели. Даже не знаю, хотел бы я, чтобы они продолжили балетную династию. Так же, как и мои родители, я не думаю об этом. Если, как и я, они случайно попадут в балет, захотят овладеть этим искусством, то я поддержу их. Если выберут что-то другое – тоже поддержу. Я бы хотел, чтобы они увидели мир, который сегодня предоставляет очень много возможностей для самовыражения. 

Статья опубликована в  №142, от 23.11.2021 газеты "Вечерний Алматы" под заголовком "Окрылённый Казахстаном".

Хочешь получать главные новости на свой телефон? Подпишись на наш Telegram-канал!