Привязанный к делу: почему водитель троллейбуса Максим Ким считает свою профессию одной из самых лучших

Привязанный к делу: почему водитель троллейбуса Максим Ким считает свою профессию одной из самых лучших Фото: Кайрат КОНУСПАЕВ

Максим Ким посвятил вождению троллейбуса 25 лет жизни. В 1990-х он начинал на старенькой советской машине ЗИУ, а в новейший период в числе первых осваивал современные троллейбусы Neoplan.


К своим машинам он всегда относился с любовью. Максим считает, что троллейбус – это живой организм, и если к нему подходишь с добром, он отвечает взаимностью.


– Как вы стали водителем троллейбуса?


– Впервые за руль троллейбуса я сел в 1991 году. Приход в эту профессию был делом случая. Как-то разговорились с двоюродным дядей о профессиях, и он как бы невзначай заметил, что одна из самых хороших специальностей – водитель троллейбуса. Тогда я не придал значения тому разговору, тем не менее мысль о вождении троллейбуса у меня отложилась. Она была у меня в подсознании несколько лет, пока не начался распад СССР и не возникли трудности с работой. В то время я жил в районе Геологостроя, часто ездил на троллейбусе, и когда однажды в очередной раз привычно заскочил в него, сверкнула мысль, а почему бы нет?


– Где обучали на водителя троллейбуса, сколько времени длился курс?


– Учебный комбинат Трамвайно-троллейбусного управления находился в комплексе трамвайного депо на Космонавтов, выше Гоголя. Учились мы полгода. Было очень увлекательно изучать машину, ее устройство, а потом пробовать водить. В основном на курсе обучались взрослые люди с советской закалкой, которые серьезно относились к обучению. У них был энтузиазм, глаза горели. Все подходили к делу творчески, обсуждали, как обустроят машину после того, как начнут работать. Например, тогда считалось, что уют придают шторки, другие плели чертиков из капельниц и вешали их на зеркало заднего вида, третьи умудрялись собрать множество монет в одну копейку и выкладывали их по периметру лобового стекла. В общем, декорировали салон из подручных материалов как могли – фантазия била ключом. Помню все так хорошо, будто бы это было вчера.


– Какую машину вам дали после прохождения курсов?


– В ту пору парк машин состоял из троллейбусов ЗИУ, которые выпускали в городе Энгельсе Саратовской области. Мой троллейбус был стареньким, но стараниями слесарей бегал исправно. Тогда мы работали посменно, с утра до обеда, с обеда до вечера. Ездил я по маршруту № 9.


За смену удавалось в среднем сделать пять туров, тур – это один полный круг. При «долгом» графике – с 10 утра до восьми вечера – получалось семь туров.


– В троллейбусах той модификации из водительской кабины все время раздавались звуки, напоминающие стук молоточка, что это было?


– На ЗИУ было 18 скоростных позиций, при срабатывании каждой из них раздавался щелчок, это задействовались контакторы – устройства, от которых зависело переключение скоростей. К слову, в то время троллейбусы могли выжать до 80 км в час, но на практике такую скорость, конечно, никто не развивал.


– Были у вас любимые участки по маршруту № 9?


– Любимой была улица Калинина, сейчас Кабанбай батыра. Тут ничего удивительного, ведь она охватывает весь старый центр с его уютом, красивыми домами, с оперным театром, деревьями по обе стороны дороги. Проезжать там было особенно приятно, ощущался дух города, его прошлое и настоящее.


– Какие вопросы вам задавали пассажиры?


– В основном спрашивали, идет ли троллейбус до того или иного места. Иногда, правда, бывали смешные случаи. Вспоминается эпизод из 90-х – тогда было принято вешать на тыльную сторону водительской кабины календари с изображением красивых девушек. У меня, конечно, тоже такой был. И вот однажды подходит пассажир и говорит: «Ну, брат, у нас с тобой одинаковый вкус, мне тоже такие девушки нравятся…» Иногда в кабину заглядывали дети, в особенности мальчишки, внимательно рассматривали все, что можно было там увидеть. Бывало, спрашивали, как работает троллейбус, и я отвечал, что он едет с помощью электричества. Отвечал только на остановке.


– Сегодня пассажиры для оплаты проезда пользуются терминалами ONAY, расположенными в троллейбусе. А как тогда платили за проезд?


– В моем детстве и юности, еще до того, как я стал водить троллейбус, существовали билетные кассы. В них не было никакой автоматики: нужно было бросить монетку или талончик в отверстие, покрутить за ручку – и выходил билет. При той системе все было на совести пассажиров. Конечно, теоретически можно было сделать вид, что бросаешь монетку и покрутить за ручку, но так никто не делал, люди были честными. После этих кассовых аппаратов, ближе к концу 1980-х, появились компостеры – нужно было пробивать абонементные талоны.


Пробивание талона и было оплатой проезда. Кстати, от некоторых водителей старой закалки сегодня можно услышать обращение к пассажирам: «Пробиваем карточки!» Это у них осталось еще со времен компостеров, а карточки, как мы знаем, не пробивают, а прикладывают к терминалам.


– Что бы вы сказали о сегодняшних пассажирах? К слову, у многих сейчас есть личное авто, не уменьшился ли пассажиропоток?


– Да, у многих появились автомобили, но и город разросся, так что пассажиров не уменьшилось, а даже, наоборот, стало больше. Что касается людей, то они вежливые – у нас сохранилась культура уступать места старшим, и этим мы можем гордиться. Редко случается так, что кто-то не оплачивает проезд, в этом плане алматинцы дисциплинированны.


– Проверяется ли состояние здоровья водителя перед рейсом?


– Обязательно, смена у нас начинается с того, что мы подходим к диспетчеру, берем путевку. С ней идем к медработнику, он измеряет давление, спрашивает, не беспокоит ли что, при необходимости может измерить температуру и так далее. Тут все строго, и мышь не проскочит. В конце приема, если у медика не возникает вопросов к водителю, он ставит в путевку печать о допуске.


– Что входит в состав аптечки и кто проверяет ее содержимое?


– Бинты, йод, сердечные препараты и так далее. Проверяет содержимое аптечки, обновляет ее и следит за сроком годности препаратов медицинский персонал. Утром, готовясь к смене, мы забираем аптечки, вечером сдаем.


– Что делать, если почувствовал себя плохо за рулем или очень хочется спать?


– Припарковаться в положенном месте и сообщить диспетчеру. После этого на смену придет дежурный водитель.


– Никогда не приходилось видеть, чтобы троллейбус останавливал дорожный инспектор. Каковы взаимоотношения между водителями троллейбуса и полицией?


– Полиция периодически организовывает рейды, касающиеся работы общественного транспорта, но, как правило, проверки проходят не на линии, а на конечных остановках. Требования со стороны полицейских к нам абсолютно такие же, как и к любому водителю: нужно соблюдать правила, иметь в салоне все необходимое, включая ту же аптечку, огнетушитель и так далее, а если не дай бог происходит какое-то ДТП, то оформляется протокол. Но скажу, что наши водители ездят очень аккуратно. Наверное, именно поэтому пассажирам не приходится видеть, как полицейские оформляют протокол по отношению к водителю общественного транспорта…


– На сколько метров троллейбус может отклоняться в сторону от проводов, чтобы не слетели штанги?


– На дороге бывают разные ситуации, иногда нужно объехать впереди стоящее или едущее транспортное средство, чтобы пассажиры не ворчали – мол, почему не едешь, чего ждешь? Приходится «рисковать», но не более, чем на три с половиной метра от проводов, иначе слетят штанги.


– Почему они слетают?


– Чаще всего слетают именно при отклонении. Так что совершать объезд нужно аккуратно, на малой скорости и только в случае острой необходимости. Чаще же мы предпочитаем не объехать, а переждать. Также аккуратно нужно переезжать участок с крестовиной – пересечением проводов. Как я уже сказал, чтобы штанги не оторвались от троллей, нужно все делать осторожно. Если все же слетают, не страшно – ситуация у нас отработана до автоматизма, все знаем наизусть. Нужно набить сдвинувшийся костыль, на котором держится башмак, специальный наконечник, вернуть штанги на провода – и дело сделано.


– Вы начинали ездить на стареньком ЗИУ. Чем отличаются от него современные троллейбусы?


– Современные машины намного комфортнее, чем троллейбусы предыдущих поколений. У них удобный салон, комфортное водительское место. Зимой в салоне тепло – очень хорошо работает печка. Кстати, ушли в прошлое щелчки во время переключения скоростей. Мотор расположен не спереди, а сзади, и его шума никто не слышит.


– Сколько педалей было у троллейбусов раньше и сколько их сейчас?


– Сегодня их, так же, как и раньше, две – газ и тормоз. Только если раньше при вождении были задействованы две ноги, то теперь одна, все стало гораздо удобнее.


– Как стать водителем троллейбуса?


– Если раньше можно было прийти на курсы с нуля, то сегодня нужно иметь водительскую категорию «Д 1». Скажу, что желающих водить много, но не у всех есть такая категория, поэтому хорошо было бы вернуть прежнюю систему подготовки.


– Какова главная заповедь водителя троллейбуса?


– Забыть на время смены все свои проблемы и думать только о работе.


– Присуща ли вашей профессии романтика?


– Конечно, ведь дорога, даже если это хорошо знакомый маршрут, это всегда путь к чему-то новому!


Статья опубликована в  №77, от 05.07.2022 газеты "Вечерний Алматы" под заголовком "Привязанный к делу".


Хочешь получать главные новости на свой телефон? Подпишись на наш Telegram-канал!

Ваша реакция?
Нравится
0
Не нравится
0
Смешно
0
Возмутительно
0
Спасибо за Ваше мнение
Последние новости

18:00

17:35

17:10

16:39

16:10

15:45

15:18

14:50

14:33

14:05

13:40

13:11

12:41

12:13

11:46

11:23

10:55

10:26

10:00

19:34

18:02

17:39

17:14

16:46

16:17