Вдохновение любви: каким был и останется для нас художник Шаймардан Сариев

Вдохновение любви: каким был и останется для нас художник Шаймардан Сариев

«…Так мы будем стоять,
Мы, высокие, 
будем стоять!»

Олжас Сулейменов

Имя Шаймардана Сариева сияет самобытным и чистым пламенем.

Художник – всегда Личность. Таким был и останется для нас удивительный человек по имени Шаймардан Сариев (1937-1988).

Родом из Западного Казахстана, благословенной земли, где контрасты зноя и холода рождают звонкие краски природы. Где пустынные песчаные ландшафты перемежаются со струями морской стихии, где ветер степи бывает ласков и беспощаден, и как нигде сохраняется в людях устойчивое преданное чувство верности и любви к родной земле, к корням своим… Это земля, где граница меж Азией и Европой словно золотой струной проходит по сердцам всех живых существ. Может быть, потому выходцы из этого края столь щедро наделены недюжинными талантами и красотой – душевной, телесной и духовной:  глубокой, тонкой, неповторимой.

В этом году исполняется 85 лет со дня рождения Шаймардана, давно оставившего этот мир.

Время быстротечно и вечно. И оно драгоценными каплями жизнетворной веры возвращает нам сегодня утерянное было тепло, солнцу подобную палитру Сариева.

Кто он, художник Шаймардан Сариев?

Лучше всего об этом рассказывают его живописные полотна и графика. Первая персональная выставка состоялась в 2007 году. И вызвала мощный резонанс в культурной жизни страны.

Ее составили живопись и графические рисунки из собрания ГМИ и – в большинстве – работы из собственности вдовы Сариева. Их постоянное место пребывания – областной музей им. Ш. Сариева, созданный ее усилиями. Здесь наследие художника бережно хранится земляками. Кульпаш Сариева, поразительной силы и душевной красоты человек, встретилась с Шаймарданом в 1970-е годы, в самый сложный период его жизни.

К этому времени он, уже будучи известен и любим, признан как талантливый художник и яркая фигура в казахской культуре, внезапно был отвергнут всеми. Свободолюбивый и открытый, он не умел и не хотел фальшивить, лицемерить, быть конформистом. И вызывал непонимание, осуждение, неприязнь своими попытками бунтарского сопротивления нарастающему давлению официоза. В итоге – исключение из членов Союза художников СССР.

Прежде были годы независимой и непростой жизни юноши, искавшего себя в работе шахтером, радиотелеграфистом, токарем, при упорном, никогда не оставляемом занятии творчеством, к которому тяготела душа. Начав учиться в Харьковском художественном институте, он вынужден был прервать учебу, серьезно заболев. Сам, без чьей-либо поддержки, одержимый идеей служения своему народу, он неукротимо стремился к своей мечте, зарабатывая на жизнь в других сферах деятельности.

Приехав в 1962 году в Алма-Ату, начал интенсивно работать в художественно-производственных мастерских комбината «Өнер», показывать свои творения на выставках в масштабах республики и Союза. Стал членом Союза художников СССР, обладателем множества грамот и почетных дипломов ЦК ЛКСМ Казахстана и ЦК ВЛКСМ.

Казалось бы, идиллическая ситуация, когда все успешно и празднично. Учитывая, что именно в этот период ширилось и расцветало мощное движение «шестидесятников» – художников, музыкантов, поэтов, философов, теоретиков культуры…

Громко прозвучала идея национального самосознания, облетев мир и отозвавшись в сердцах и творчестве самых одаренных и ответственных за судьбы народа. Мурат Ауэзов, Олжас Сулейменов, Алан Медоев, Санжар Джандосов, Салихитдин Аймбаев, Толеген Досмагамбетов, Мукагали Макатаев… Список много больше названных. Каждая фигура многозначна и пассионарна. И в этом созвездии ныне сияет имя Сариева самобытным и чистым пламенем.

А тогда, в 1971 году, он оказался не у дел, был лишен работы, мастерской, каких-либо перспектив. Но судьба распорядилась иначе. Встреча с Кульпаш оказалась началом новой жизни, возвращением веры в себя и в будущее. Уехав в Караганду, они вернулись через несколько лет в Алма-Ату. Уже подрастали дети. Вновь последовали выставки, работа в книжной иллюстрации (издательства «Жалын» и «Жазушы»). И – повторное принятие, возвращение в члены Союза художников. Через несколько дней, это случилось в 1988 году, уход из жизни.

Так что же оставил нам и всем грядущим потомкам художник?

Обратимся к его картинам. «Бейбітшілік» («Мир», 1982) – это жаркое дыхание детской радости бытия, принятие мироздания с благодарностью и весельем. Так беспечно возлежит герой – весь из сверкающего охрой света – на родной земле – яркой, разноцветной, в перепадах солнечной, оранжево-синей и цвета нежной зелени палитры.

Наверное, это полотно, так напоминающее по духу и цвету «Танец» Матисса, можно назвать программным в творческой жизни художника. Пройдя через все испытания, он остался верен своей идее создания совершенного мира в человеке и для человека. Его девиз «Я не ищу, я нахожу» перекликается с утверждением Пикассо один к одному. Именно потому завораживающий мир мечты, потрясший зрителя в 60-х в «Портрете Турар», 1966, весь сотканный из мерцания солнца и луны, олицетворение женственности и любви, ставший символом сариевского искусства и идеалом женской красоты, вновь вспыхнул всеми красками радуги через два десятилетия. Поэтическая одухотворенность образа Турар рождает живую ассоциацию с музыкой, песней, очень напоминая героинь Модильяни. Та же мелодия любви и чистоты, душевной ясности и незащищенности. Но написал свою Турар наш казах, только начинаясь как художник. И теперь, читая мысли художника из его дневника, уже не удивляюсь, просто радуюсь. О работе над портретом он пишет: «Проговаривая мысленно, писать под мелодию (песню)».

А ведь он сам прекрасно пел и писал стихи. И далее:

«Писать, представляя живых людей (видеть правду с высоты, быть высоким).
Писать красками казахского 
языка.
Писать так, чтобы себе 
понравилось, никому не верить, как перед богом.
Проверять смертью.
Проверять выставкой.
Проверять как работу, 
написанную в 30 лет.
Проверять мечтой юности.
Что мне по душе.
В любое время, не теряя 
замысла, работать.
Писать, проверяя вечностью».

Эти строки, подобные кодексу чести художника, высвечивают с новой силой то, что, нося в душе, воплощал Шаймардан в композициях, начиная с полотен 1960-х годов. Он «лепит» крепкие, сильные, уверенные и полнокровные образы хозяев своей земли: «Мунайшылар» («Разведчики недр»), 1976, «Кыздар» («Девушки»), 1969, «Жібек», 1968, «Рыбаки Атырау», 1971. Крупным планом, близко к зрителю, на фоне горных панорам и степных раздолий возникают эти могучие, красивые, добрые дети земли казахской. Все – в гармонии и единстве. С собой и жизнью.

Знойно-счастливая палитра лета – лимонно-багряно-ультрамариновые аккорды – в натюрморте 1986 года «Клюква с яблоками». Это звонкое ощущение праздника жизни переходит в мягкую тональность пейзажа «Сарыжайляу». Это – взгляд с небесной высоты на безбрежное высокогорье с одинокой юртой, сокровенная мечта о божественном величии природы и ее детей, живущих в гармонии. Чистые, светозарные, плавные потоки розового, лилового, голубого с внезапным сиянием ослепительно-лимонного на глубоком синем…

Сариев плодотворен и поэтичен во всех жанрах. Главным же всегда остается человек. Обратите внимание, на каждом портрете мы смотрим прямо в глаза герою. Или он смотрит на нас?

В портретной галерее Шай­мардана Сариева, и живописной, и графической, есть примеры особой душевной зоркости художника.

Это – «Ана» («Мать»), 1987, воплощение трепетной и гордой нежности материнства. Это – «Скульптор Шанов», 1987, где герой дан в угловатых изломах пронзительно-жесткого холодного колорита. И возникает «болевое поле» смятения и тревоги человека, болеющего судьбами своего народа и времени. Только что отзвучали кровавые события 1986 года.

Наконец, это – графический «Автопортрет», 1963. Простым карандашом на скромном формате листа художник раскрывает нам свое состояние. Печально-напряженный взгляд, взмах кисти, вопрошание – к себе ли? к Небу ли? к Судьбе? Все – ожидание и порыв. С этого начинался большой художник. И, отметая компромиссы и условности, лицемерие и ложь, прорываясь в своей искренности к чистоте духовного и земного мира, шел к Правде. А она – одна. И потому, наверное, так светоносны и полны любви и веры его картины жизни. Все они – о родном народе, о родной казахской земле, о любви и счастье. Потому подобны музыке, вдохновенны и прекрасны, став достоянием нашей истории и гордостью Родины.

Статья опубликована в  №65, от 09.06.2022 газеты "Вечерний Алматы" под заголовком "Вдохновение любви".

Хочешь получать главные новости на свой телефон? Подпишись на наш Telegram-канал!