Шакарим стоял у основ многих направлений гуманитарного знания в Казахстане

Шакарим стоял у основ многих направлений гуманитарного знания в Казахстане

Поэт, философ, композитор посвятил творчество своему народу. Шакарим стоял у основ многих направлений гуманитарного знания в Казахстане.

Как поэт и музыкант он стал последователем своего родного дяди и наставника – Абая, как философ продолжил традиции аль-Фараби, как мастер ремесел впитал знания и умения своей матери Даметкен. И все, чем бы ни занимался Шакарим, он делал с большой любовью к своему народу, своей родине.

Начало пути

Шакарим Кудайбердиев родился 11 (23) июля 1858 года в Кен-Булаке под Семипалатинском, происходил из рода тобыкты – был родным племянником великого Абая. Братья – Абай и Кудайберды, отец Шакарима, – много общались между собой и, как писал о них Мухтар Ауэзов в романе-эпопее «Путь Абая», «понимали друг друга без слов, сердцем».

Время болезни старшего брата стало драматичным периодом в жизни Абая. На одной из последних встреч Абай дал слово Бакему (так он ласково называл Кудайберды), что не оставит его детей и поможет им стать на ноги. В особенности Кудайберды беспокоился за своего первенца Шакарима, и младший брат твердо пообещал стать для ребенка другом и наставником.

Мир знаний

Но вначале за воспитание Шакамира взялся дедушка – Кунанбай. Привыкший властвовать и державший в строгости свою семью, он проявил небывалую доброту к Шакариму – ребенку позволялось в доме делать все.

В пятилетнем возрасте мальчика отдали на обучение к местному мулле. Он довольно быстро освоил грамоту, научился читать, писать, демонстрировал хорошую память, в деталях пересказывая прочитанное. Но, казалось, что на этом учеба мальчика стала – целыми днями он проводил время в беззаботных играх со сверстниками. И, как впоследствии вспоминал Шакарим, никто и никогда ему не делал по этому поводу замечаний и не наказывал. 

«Но в доме, где царило трепетное отношение к знаниям и был культ образования, ни один ребенок не мог оставаться невеждой», – писал он.

Мальчик стал тянуться к литературе, благо у его дяди, который уже позже взял Шакарима к себе в дом, была богатая библиотека – книги на арабском, персидском, русском языках. Мальчик много читал, а затем стал писать…

В одном из первых стихов, которые родились из сожаления по случайно раздавленному жуку, восьмилетний поэт вполне по-взрослому рассуждает о том, что нельзя убивать беззащитных, нужно беречь людей и природу. 

Абай, который ни на минуту не забывал данное своему брату слово, стремился развивать способности племянника, приобщал к серьезному чтению, открыл ему мир русской литературы, знакомил с произведениями Пушкина и Толстого. Любовь к творчеству этих классиков Шакарим сохранит на всю жизнь, повзрослев, сделает изящный перевод на казахский язык повести Пушкина «Дубровский», будет вести серьезную переписку с Львом Толстым. 

Подростковый возраст стал плодотворным творческим периодом в жизни Шакарима, он начал осознанно писать стихи, которые читал своему дяде, выслушивал критику. Абай говорил племяннику, чтобы он обращал внимание на жизнь простых людей: «Именно там, в народной среде, находятся главные сюжеты жизни». Юноша осознавал, что его мир ограничивается домом и любовью к родным. 

«Стихи мои тех юных лет страстно молодежью почитались. Но я не знал о нуждах народа своего и потому не мог тогда сказать нужного слова», – позже писал Шакарим.

На все руки мастер

Юный Шакарим радовал близких не только стремлением к знаниям – выяснилось, что подросток имеет способности к ремеслу. Этот дар был не случаен, дедушка Кунанбай говорил, что его Шакарим впитал с молоком матери. 

За доброту, милосердие и проявляемую в делах сноровку в народе мать Шакарима Толебике прозвали Даметкен (развитая). Она вошла в историю степи как первая женщина-ювелир. Украшения, искусно изготовленные Даметкен, могли сравниться с произведениями известных ювелиров. Вот и Шакарим пошел по ее пути.

«Специально я не учился, просто смотрел, как делает мама, и повторял за ней, а до каких-то вещей доходил своим умом. Мне просто очень хотелось что-то сделать руками», – делился уже в зрелом возрасте Шакарим. 

Он мог смастерить музыкальный инструмент, сделать люльку, починить станок для ткачихи, все спорилось в его руках. Но главное, как вспоминали его современники, следуя совету дяди, он стремился помогать тем, кому нужна была помощь. 

В люди

Абай говорил о своем воспитаннике, что Шакарим обладает очень редким и важным качеством – умением самообразовываться. Но все же настаивал, что племянник должен «пойти в люди», увидеть мир. Об этом мечтал и сам Шакарим. Мечты воплотились в реальность, когда он решил совершить хадж в Мекку. 

Во время этого путешествия Шакарим посетил Париж, Стамбул, работал в библиотеках этих крупнейших городов, занимался исследовательской работой, изучал труды по тюркологии. Итогом этих исследований стал научный труд по истории казахских родов. Как подчеркивают в Институте истории и этнологии имени Валиханова, эта работа выдержала не одно издание и по сей день востребована специалистами, изучающими историю родовых отношений в Казахстане.

В семье Шакарима вспоминали, что в течение всего путешествия он покупал книги и оправлял их то с почтой, то с оказией домой. И вдобавок к этому возвратился с увесистыми стопками книг. 

Между тем о будущем Шакарима задумался дед – Кунанбай. Он видел внука продолжателем своего дела, то есть волостным управителем. Кунанбай смог убедить радеющего за простой народ внука, что только придя во власть, он сможет помогать людям. 

Жить нуждами народа 

Став волостным управителем, Шакарим всегда помнил советы Абая, а именно: не отдаляться от простого народа. Ему пришлось решать сложные вопросы взаимоотношений – знати между собой, имущего класса с бедняками, народа и чиновников. 

Дед поддерживал своего внука, давал ему ценные советы, подчеркивал, что управитель должен быть готовым ко всему, в том числе к предательству тех, от кого этого совсем не ждешь.

«Став главой рода, я помогал людям и получал удары. Кто сталкивался со мной, хватая за горло? – родичи сталкивались. Кто завидовал моему авторитету? – родственники. Не со стороны шел враг, а из нутра моего. Он свой, поэтому и хуже стороннего врага. Я всегда опирался на народ, и ты привечай помыслы людей, помогая обездоленным, и без надобности не употребляй власть. Не воспринимай людей в черном цвете, даже если они будут выступать против тебя», – напутствовал внука Кунанбай.
Шакарим следовал напутствиям деда и дяди, считал, что в набирающем обороты XX веке нужно изживать феодализм, часто встречался с простым народом, стремился защищать беззащитных от несправедливости. Но подчас не был понимаем окружением, а потому не находил поддержки. 

Все, что Шакарим видел, он перекладывал в литературную форму. В своих строках он обличал обман, лицемерие, жестокость. Он мечтал, чтобы в степи установились мир и благоденствие.

Время перемен

Наступивший XX век принес перемены. С одной стороны, это были преобразования, связанные с наступающей эрой технического прогресса, с другой – начиналась Первая мировая война. Хотя сражения происходили за тысячи верст от казахской степи, Шакарим понимал, что военные действия потребуют финансовых затрат, а значит, повысятся налоги и простые люди станут жить еще беднее. Ситуация осложнялась мобилизацией казахского населения на тыловые работы. По степи прокатилась серия народных выступлений. Шакарим по этому поводу занял умеренную позицию: он вел переговоры с царским руководством, стараясь убедить чиновников, что семьи надолго лишаться кормильцев, и одновременно убеждал простых людей в том, что восстания – это не метод. 

Но лихолетье перемен не ограничилось мировой войной: через год после Октябрьской революции новая власть пришла и в степь. Поначалу Шакарим горячо принял революцию, ведь новая власть открыла всем людям без ограничения путь к просвещению. Но очень скоро он пришел к выводу, что во многом его оптимизм был иллюзией: коллективизация и военный коммунизм могут привести степь к голоду. 

Сближение с партией «Алаш»

Разочаровавшись в революции, поэт и философ искал силу, которая бы смогла противостоять несправедливости, и нашел ее в партии «Алаш». Алашординцы очень уважали Шакарима, понимали, что с его приходом в партию они обретут человека, пользующегося безусловным авторитетом и народной любовью. В 1918 году лидеры партии назначили Шакарима волостным бием.

Однако вслед за оптимизмом вновь пришло разочарование. Шакарим понял, что партия «Алаш» не обладает ресурсами для того, чтобы изменить ситуацию. Он был против военного противоборства, даже если речь шла о благе народа – пути алашординцев и Шакарима разошлись. 

К поэту и философу пришло понимание, что правители, какую бы власть они ни представляли, не в силах самостоятельно, одним росчерком пера сделать жизнь народа лучше. Для изменения ситуации, считал Шакарим, власть должна быть истинно народной.

Шакарим сокрушался, что голос народа по-прежнему не услышан. Сбывались его худшие прогнозы – начинался голод. В эти годы Шакарима перестали издавать. Если в начале XX века его книги активно печатались, то к 1930-м все сошло на нет. Он писал письма в Алма-Ату в Союз писателей, просил объяснить, почему не выходят его книги. В ответ ему вежливо обещали исправить ситуацию, но ничего не менялось.
 
Путь в бессмертие

Разочаровавшись в переменах, Шакарим стал отшельником. Власть то и дело посылала к нему гонцов: обладающий безусловным авторитетом в степи, Шакарим был нужен руководству. От мудрого старца ждали, что он будет уговаривать народ сдавать государству последние продукты, потуже затягивать пояса и верить в светлое будущее. Но Шакарим наотрез отказывался. Такая позиция стала фатальной... 

Хмурым осенним утром 1931 года в горах Шынгыстау раздался выстрел, а затем второй. В Шакарима стрелял начальник уездного ГПУ Абзал Карасартов. Тело старца бросили в высохший колодец. Позже близкие люди достали тело и похоронили его рядом с могилой великого Абая.

Прокуратура СССР решением от 29 октября 1958 года реабилитировала Шакарима за отсутствием состава преступления, в 1988 году он был полностью реабилитирован. 

Шакарим оставил богатое литературно-философское наследие. Из-под его пера вышли такие произведения, как «Зеркало казахов», поэмы «Калкаман-Мамыр» и «Енлик-Кебек», стихи, статьи, эссе...

Широко издаваемые в независимом Казахстане и включенные в школьную программу, они служат путеводной звездой для подрастающего поколения, являются источником вдохновения для современных философов, историков, поэтов и прозаиков.

Статья опубликована в №87, от 22.07.2021 газеты "Вечерний Алматы" под заголовком "Мудрец поколений".
Хочешь получать главные новости на свой телефон? Подпишись на наш Telegram-канал!